Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

И так мне вдруг захотелось вот этого самого советского кефира из бутылки с зеленой крышкой вприкуску со все еще теплым после хлебозавода батоном, что аж зубы свело.

— Мам, а на кефир дай денег. — Я постарался изобразить максимально жалобный взгляд. — А то что-то я давно его не пил, аж соскучился.

— Как это давно не пил? — Мама удивленно на меня посмотрела. Потом для верности заглянула в холодильник. — Сегодня же с утра целую кружку выпил. Еще три ложки песка туда насыпал. Так ведь и попа слипнется.

— Усмехнувшись, пожурила меня она. — Ладно, тогда еще и кефир. — И она достала еще тридцать копеек. — Ой, чуть не забыла. Еще масла сливочного «Крестьянского» грамм двести на развес. Оно три пятьдесят за кило стоит. — Мама забрала мелочь, достала из кошелька желтенький бумажный рубль и, подумав, положила еще сверху двадцать копеек. — Сдачу принесешь! — Строго добавила она.

Заглянув под раковину, куда мы складывали все пустые, но еще неподготовленные к сдаче бутылки, мама сказала:

— Вот заодно и бутылку из-под твоего утреннего кефира сдай.

Пятнадцать копеек все-таки! Надеюсь, что ящики свободные под пустые бутылки в магазине еще остались. Иначе не примут. Ну, если что, обратно принесешь. Только помой ее сначала.

Я с готовностью выбрался из своего угла, достал из-под мойки бутылку и потянулся к ручке включения колонки.

— Куда⁈ — переполошилась мама. — Я сама! Включай воду.

Мама всегда переживала, что я что-то не так сделаю и колонка сломается или, не дай бог, взорвется.

В случае поломки приходилось, порой, неделями ждать, пока работники Горгаза заменят горелку или еще какую-нибудь важную деталь. И все это время, чтобы умыться, помыться или вымыть посуду, мы вынужденно кипятили воду в кастрюлях.

Я повернул кран горячей воды, а мама, выждав несколько секунд, включила колонку. Та зажглась с громким то-ли хлопком, то-ли гулом. Этот звук, если честно, всегда меня немного нервировал.

Я подождал, пока потечет горячая вода, немного ее разбавил и достал большой ершик для мойки бутылок.

Быстро справившись с поставленной задачей, я схватил рубль и мелочь со стола, засунул в карман шортов, закинул пустую бутылку в авоську и побежал в коридор одевать обувь.

Мама вышла за мной из кухни. В ее глазах сквозило неприкрытое удивление. Дело в том, что я раньше не очень-то любил ходить в магазин, а уж тем более — мыть бутылки. И мое нетипичное поведение привело маму в легкое недоумение.