Ещё один человек

Добычу ща привяжу — схватив сверток троса, заранее уложенного под скосом бункера, быстро, под маты Изи, приматываю конец к крюку, а из второго делаю петлю на ноги хищника. Вроде, так. Сверху, матерясь, изя с хищной мордой отстреливает упырей. Да, кино и немцы. Картина маслом. Приходит неуместная мысль, о том, что мол — если, поскребя русского найдешь татарина, то поскребя немца — отыщешь еврея…

— Изя, давай за руль! Я наверх!

Кое-как залезаю, и усаживаюсь поверх бункера. Поехали. Сука, теперь не просто дождь, а с ветром… Мокро и холодно до костей.

Хищника я почти ждал. Даже жаждал, с какой-то радостной злобой отметил его появление. Опять почти там же — угол Есенина. Поскакал из-за новостроя… странно, я думал, из больницы они… Крикнул Изе, чтоб сбавил ход — и влегкую снял хищника… ну, примерно десятью пулями, правда, почти в упор. Заставил нещадно матерящегося Изю тормозить, и потом привязывал второго, причем пришлось связать два буксира — сдать нормально назад мешал первый трофей, а из мужиков никто выходить и помочь тащить не согласился.

Ну а дальше до поста доехали без приключений.

На посту нас встретили воистину как будто мы герои. Когда я сполз с машины и вяло вякнул про «двух морфов притащили» — вообще повисло молчание. Изя выбрался из кабины, пошатываясь, встал рядом, прислонившись к машине — видок у него потрепанный, и не такой киношно-правильный… но — «настоящий». Начинают, опасливо косясь на туши за машиной, вылезать спасенные — их принимают приехавшие на облепленном решетками ПАЗике люди, эмчээсовчы что ли.

Майор, осмотрев все это, подошел, и хлопнув по плечу, сказал:

А че докладывать? Рассказываю все как есть. Во рту пересохло, и вообще знобит, херово как-то. Изя дополняет, это, конечно, не доклад, а рассказ, но иначе сейчас не могу. Майор слушает, потом начинает ругаться, что фальшфееров мало взяли — целая же коробка была! Ну, не сообразили… Рассказываю про погибшего парня. Его тело уже вытащили из машины. Выслушав, майор одним рыком выстраивает всех, даже спасенных, и кратко излагает простую мысль — вот этот парень — герой.

Вот блять что в кино и в книжках — вот оно так. И спасенные ему в том числе обязаны жизнью. Тут выяснилось, что даже имени его толком никто не знает, то ли Вася, то ли Валя, то ли Валера… Вот так, безымянный герой… Майор скомандовал, и все, у кого было оружие, вскинули его вверх. Команда, залп… Эмчээсники обещают «похоронить по- человечески» — это сейчас тоже очень много значит, похоже. Ну, вот и все.