Однако чем же я могу вам помочь?
— Я прошу вас освободить его. Одной мне не по силам справиться с Распутиным и демоном, который вселился в него.
Платон Аристархович покачал головой.
— Сударыня, как вы себе это представляете? Этот человек стрелял в жандармов, нескольких из них почти изувечил, на него соответствующим образом было заведено дело, вон хоть у Христиана Густавовича спросите. Я что же, напишу в нем, что капрал Петр Длугаш освобожден из-под стражи для борьбы с демонами? Меня же в сумасшедший дом упекут!
— Его зовут Барраппа, — тихо произнесла Лаис.
— И без него мне не управиться. А вы даже представить себе не можете…
— Послушайте, сударыня, максимум, что я могу сделать для вас — это приказать доставить его сейчас прямо сюда для допроса. Вы сможете с ним поговорить, извините, правда, в моем присутствии. — Лунев стал из-за стола и вновь развел руками. — Сожалею, это все.
Лаис глядела на этого коренастого седеющего человека с умным суровым лицом и понимала, что он и впрямь желает ей помочь, делает все, что возможно, и даже более того.
Но этого, увы, было недостаточно.
— Что ж, пусть так, — тихо вздохнула она.
Платон Аристархович поднял телефонную трубку и крутанул ручку.
— Барышня, 7-28, Никольский следственный изолятор. Лунев у аппарата, — проговорил он, спустя несколько секунд. — Там у вас в списках за нами числится сербский капрал Петр Длугаш… Что?! Я не ослышался?! Да. Ясно, что ищут! Почему сразу не доложили?! Идиоты! — Он с силой опустил трубку на рычаг, чуть помолчал, собираясь с мыслями, и повернулся к гостье: — Ваш драгоценнейший братец сбежал из-под стражи час назад, при побеге тяжело ранив городового.
Это лет 10 каторги!
— Сбежал? — растерянно повторила Лаис, не зная, радоваться или печалиться этой вести. — Тогда… пожалуй, я тоже пойду.
— Помилосердствуйте! Куда же вы пойдете, с перстнем-то? И сюда-то неосторожно было. Погодите чуток, скоро подъедет Холост, он вас доставит прямо к дому.
— Я бы хотела пройтись немного по Невскому, подышать воздухом, зайти в «Малоярославец»[32].
— Нет уж, как знаете, решительно не пущу!
В этот миг на его столе дробной трелью залился телефон."
"— Вот, наверное, и бегуна вашего изловили. — Платон Аристархович попробовал свести дело в шутку, но сам почувствовал, что момент неудачен и схватил трубку. — Что? Начальник императорской Военно-походной канцелярии? Да, конечно, соединяйте.
