Филькина круча

Хотя бы гордость за то, что он наконец спас своего командира, но не чувствовал ничего, кроме как усталости и ноющей боли в плече.

Среди деревьев снова мелькнула какая-то тень. Потом еще одна, и еще. Вдалеке послышался протяжный хищный вой.

– Алешка, свет! – услышал Котков рядом. Болтающаяся все это время, как у куклы, голова комиссара Рябова вскинулась. Его безумные глаза таращились куда-то между стволами осин.

Сквозь расступившуюся снежную стену Котков наконец увидел круглую крышу, а дальше два темных, словно глазницы черепа, оконца избы знахаря.

Чтобы не закричать от ужаса, он стиснул зубы, отчего из рта его вырвалось лишь сдавленное мычание.

– Котков, дошли? – голос комиссара совсем ослаб, а тело, напротив, стало невыносимо тяжелым. Алешка устало прикрыл глаза. Он не мог сказать Рябову, что все это время они кружили по лесу и вновь оказались у избы знахаря. Сейчас они стояли посреди той дороги, по которой деревенские приезжали к дому Фильки.

– Дошли, Митрий Макарыч! – прорычал Котков и резким рывком подкинул вверх Рябова, чтобы он окончательно не сполз с его плеча.

 – Дошли, миленький!

Среди деревьев замелькали черные тени. Как будто кто-то шнырял туда-сюда. Котков никак не мог уловить ни одно существо взглядом. В уши стал заливаться приглушенный рык, повизгивание, скрежетание когтей, клацанье челюстей.

– Митрий Макарыч… – Котков дернулся влево, потом вправо, ему показалось, кто-то пробежал совсем рядом. И вот, снова. И снова.

– Зажги лучину, Лексей! – сказал Рябов. Его хватка на шее Коткова ослабла.

Комиссар осел на землю.

Алешка чиркнул спичкой: они с комиссаром были в самой середине шевелящегося звериного кольца.

Волки всех возрастов и мастей скалились и рычали. Они подходили все ближе и ближе. Одна серая тварь с куцым хвостом кинулась к сидящему на дороге комиссару. Котков пальнул, волк взвизгнул и, поджав хвост, убежал обратно, смешиваясь с сородичами.

Раздался знакомый мощный рык. Звери немного расступились.

Котков и Рябов одновременно подняли головы.

Прямо перед ними стоял волколак. Был ли он тем же самым, которого они встретили у знахаря, или другим, но с виду точно таким же, понять было сложно, да и неважно уже. Уголки скалившейся пасти подрагивали. Остальные волки прижимали уши, крутились возле исполинской твари и поскуливали, словно не решались кинуться на жертв без разрешения вожака.

– Хочешь еще пулю получить? – закричал Алешка срывающимся голосом, тыча в волколака наганом. Рука его тряслась.