Потом ощупал довольно крупный растрескавшийся камень и, забравшись на него, прокричал:
– Шарлотта, идите сюда! Сядьте со мной и расскажите обо всем, что вы видите.
Она развязала ленты капора и, бросив его поверх Бенедиктова сюртука, вкарабкалась на камень. Устроившись рядом со своим спутником, проговорила:
– Мне тут очень нравится.
– Здесь проще находить дорогу, чем в любом другом месте в Строфилде, – заметил Бенедикт.
– Я тоже всегда так думала. – Шарлотта, прищурившись, посмотрела в даль. – И если бы я в детстве могла жить не в доме викария, а здесь… О, тогда бы я была самым счастливым ребенком.
По крайней мере, до тех пор, пока не проголодалась бы, – добавила она со смехом.
Некоторое время они сидели молча. Потом Бенедикт попросил:
– Расскажите про водопад. Мне кажется, что течение речки не очень быстрое, верно?
– Да, не очень. Хотя после каждого дождя речка становится быстрее. И здесь повсюду в камнях трещины. Камень же серый, как… как спина слона.
– Никогда не видел спину слона, – сказал Бенедикт, – но серый цвет мне знаком.
– И это – благодарность за мою попытку быть поэтичной и описывать все в красках?! В следующий раз я опишу вам все предельно просто и сухо.
– Описывайте так, как вам нравится. Я хочу видеть все вашими глазами.
Шарлотта тихонько вздохнула.
– Никто не должен видеть мир так, как я его вижу. Вы же знаете, кто я такая. Вернее – кем была.
– Да, знаю, – кивнул Бенедикт. – Но я все равно хочу видеть то, кто видите вы.
Он заморгал, глядя в даль, которую не мог видеть.
Шарлотта же вдруг обнаружила, что тоже моргает. А ее ресницы стали мокрыми от слез.
– Ладно, хорошо. Тогда… вот что я вижу. – Сделав глубокий вдох, она вновь заговорила: – Тут почти все покрыто ковром из зеленого, желтого и коричневого цветов – это трава и разные другие растения, которые живут на болотах, только одни растут, другие умирают, а третьи еще не проснулись. А дорога сюда идет все вверх и вверх, но так постепенно, что этого не чувствуешь. Когда же оглянешься, то сразу видно, как высоко ты поднялся.
– Да, я это чувствую, – тихо произнес Бенедикт. – Когда вы мне об этом говорите, я чувствую все, что вокруг меня. А что еще? Как насчет неба?
– А небо такое светлое, что кажется почти белым, и облака с ним сливаются. Иногда облака низкие и мрачные, но сейчас они высоко и похожи на гигантские клочки ваты. И чем дальше смотришь, тем больше вокруг голубизны, так что в самом конце земля и небо сливаются воедино и становятся похожими на море.
