Географ глобус пропил

– Так, – сказал Служкин, когда красная профессура, рассевшись, угомонилась. – У меня к вам, господа, вопрос: почему это вы всем классом в прошлую пятницу сбежали с урока, а?

– Кто? Мы?! – искренне изумились девятиклассники. – Это вы сбежали! Это вас не было! Мы ждали, мы стучались! И когда дверь пинали, вы тоже не орали! И в замочной скважине вас не было!

– Не было вас, – авторитетно подтвердил Старков. – Мы честно проторчали семь минут после звонка и только потом ушли.

– Почему же я, как пень, сидел весь шестой урок один?

– У нас география четвёртым была! – закричала красная профессура.

 – А на пятом-шестом мы на физре, как сволочи, три километра бегали!

– Расписание-то изменили, – пояснил Старков.

– Посмотреть-то его не судьба была? – фыркнула Митрофанова.

– А у нас в учительской на расписании никаких перемен не было!.. – обескураженно развел руками Служкин.

– Ага, а мы виноваты, – расстроилась красная профессура.

– Ладно, не нойте, – махнул рукой Служкин.

 – Что делать будем, если так вышло? Есть три выхода. Первый – честно рассказать всё Розе Борисовне, и пусть она решает. Второй – сегодня провести дополнительный урок. Третий – сделать вид, что «я не я и лошадь не моя». Что предпочтёте?

– «Лошадь»! – дружно закричала красная профессура.

– Роза Борисовна всех убьёт, и вас, и нас, – рассудительно сказал Старков, – и заставит проводить всё тот же дополнительный урок. А на него придёт только полкласса, да и то вас слушать не будут.

Так что лучше уж сразу «лошадь», Виктор Сергеевич.

– Тогда два условия. Первое: вы самостоятельно учите дома ещё один параграф, и в следующий раз по нему – проверочная…

– Не пройдёт, – прокомментировал Старков. – Никто учить не будет. А впрочем, мы никогда не учим географию, а все проверочные пишем на пятёрки. Ладно, принимаем это условие. Давайте второе.

– Второе: чтобы об этом не узнала Роза Борисовна.

Волнение концентрическими кругами пробежало по классу и сошлось наконец почему-то на Маше Большаковой.

– Она не узнает, – чуть покраснев, пообещала за всех Маша.

В учительской Служкин оживлённо пересказал историю своего договора с девятым «а» Кире Валерьевне.

– Знаешь, – поморщившись, сказала Кира, – я не люблю, когда мне показывают голый грязный зад и при этом радуются.

Служкин осёкся, помолчал и ответил:

– А я не люблю, когда ставят сапоги на пироги.

– Ты ничего не забыл? – холодно поинтересовалась Кира.