Герцогиня-дурнушка

Он не испытывал подобного ужаса с тех пор, как она лежала при смерти.

– Вам лучше покинуть этот дом, – сказал он отцу. – Найдите себе жилье где-нибудь еще. Полагаю, нам больше ни к чему притворяться, что нас связывают какие бы то ни было чувства.

– Ты мой единственный сын, – заявил герцог. – Мой сын. Конечно, нас связывают чувства.

– Родство ничего не значит, – возразил Джеймс. Сердце его разрывалось от муки и ярости. – Я для вас – ничто. И Дейзи для вас – ничто. Мы для вас просто люди, с которыми вы сталкиваетесь в коридоре.

Мы – пешки, которые вы используете, когда вам нужно, а затем отбрасываете прочь.

– Вряд ли ты являешься жертвой! – воскликнул он, повышая голос. – Ведь тебя явно одолевает похоть. Тебя тянет к этой девчонке. У тебя нет причин жаловаться.

– Я предал ее – мою жену, – чтобы спасти вас.

– Ты поступил так вовсе не ради меня, – возразил герцог. – Ты сделал это, чтобы спасти поместье и поддержать наш титул. Ты мог послать меня ко всем чертям, но ты этого не сделал. Я думал, ты не поступишься моралью и скажешь, чтобы я отправлялся к дьяволу.

Но оказалось, что ты не такой уж праведник, каким старался казаться. У нас с тобой много общего…

Джеймс в ярости сжимал кулаки. Но он не мог ударить отца.

– По правде говоря, – продолжал Ашбрук, – яблоко от яблони недалеко падает, не забывай этого. Твоя мать не обманывала себя и не считала меня идеальным мужем. Однако мы с ней ладили, вот так-то. – Губы отца скривились, и он проворчал: – Хотя в одном мы с тобой существенно отличаемся друг от друга.

Я не нытик. Пожалуй, я удивился, когда ты столь успешно справился с этим делом. Но меня не удивляет, что ты оплакиваешь результат. Будь мужчиной, ради всего святого! Ты очень нерешителен. Всегда был нерешительным… с этим своим пением! Я виню в этом твою мать.

– Вы меня совсем не любите, – сказал Джеймс, нарушая негласное правило, предписывавшее английским джентльменам никогда не говорить на подобные темы. – Я прав?

– Из всех твоих глупых вопросов этот, должно быть, самый нелепый, – заявил герцог, щеки которого заметно побагровели.

 – Ты мой наследник, и этим все сказано.

– Любящие друг друга люди никогда так не поступают, – произнес Джеймс. Подойдя к двери библиотеки, он распахнул ее и добавил: – Уходите.

– Ты должен поговорить с ней, – сказал герцог, не тронувшись с места. – Возьми ситуацию под контроль. Ведь ты мужчина. Отстаивай свои права. Не позволяй ей закатить истерику. Иначе это может войти в привычку.