Город пропащих

Мирон Львович выглядел ничуть не расстроенным, а наоборот, был оживлен и говорлив.

- Ты про Крота-то знаешь? - спросил его удивленный Купцов.

- Как не знать, знаю. Ночью же и доложили...

Беспечный тон приятеля неприятно резанул Купцова, не чуждого воровскому братству.

-Что-то я тебя не понимаю... - протянул Павел Сергеевич. - Наш все-таки мужик...

- Сам виноват, кто его просил в чужие дела соваться? - неожиданно жестко перебил Купцова Мирон. - Я еще докопаюсь, кто из "Руна" "стучал", обещаю тебе.

- Но ведь теперь мы не узнаем, где адвокат... - немного растерялся Купцов. Он не понимал такой реакции Витебского.

- Ну и что? - Мирон пожал плечами. - Я думаю, его уже и в живых нет. Увы, как это ни печально.

Однако никакой печали не прозвучало в его голосе, и потому Купцов задумался. Теперь история с Кротом перестала казаться ему простой и ясной. Он почувствовал некую подоплеку этого события, которая ускользала от него, не поддаваясь его пониманию.

- Да ты чего задумался? - Витебский выглядел удивленным.

Выходило, что и Мирон думает, будто это Аджиев свел счеты с Кротом. Купцов поглядел в невозмутимое лицо приятеля. Но как же он собирается действовать дальше? Павел хотел спросить его об этом, но что-то его остановило, и он спросил о другом:

- Так как же Крот погиб?

- А тебе разве не рассказали этого? Кстати, от кого ты узнал?

И опять что-то остановило Купцова, чтобы произнести имя Моти.

- Да мой один из охраны позвонил. В Москве ведь вовсю, видать, обсуждают.

- Это точно! Информаторов развелось, что собак нерезаных... Сегодня даже по московскому радио говорили, будто "Марс" здорово разгромлен. Мирон усмехнулся. - В этом террариуме вечно что-то происходит.

И Витебский начал распространяться о том, как в клубе вспыхнула драка, а потом, видно, Крота ранили, и его спутники унесли шефа в машину, а машина отъехала и взорвалась.

Павел Сергеевич слушал невнимательно. Все эти подробности показались ему уже несущественными. Его занимала мысль о том, что теперь делать с Аджиевым и будет ли его жена выходить на контакт с ними, когда узнает, что Раздольский погиб.

- Слушай, - прервал он Мирона. - Но если Ефрема нет, то вряд ли супружница возьмет все на себя.

- А месть? Чувство мести ты скинул со счетов? - вскричал Мирон.

- Да при чем здесь месть? - поразился Купцов.