Леонтий Васильевич Пятибратов, казначей тюремного благотворительного общества, продолжил дело предков — сапожников, проживавших здесь с тех времен, когда Подмонастырскую слободу, села Никольское и Федосьево обратили в город. Возможно, что жили они тут и раньше, но Пятибратов не очень интересовался собственной родословной, равно как и тем, чтобы влиться в ряды купечества. Его вполне устраивал статус череповецкого мещанина. Что ж, у каждого своя гордость. Вон, Иван Андреевич Милютин не хочет становиться потомственным дворянином, хотя у него имеются такие возможности.
Еще кто-то был, покруче нашего Милютина, гордившийся тем, что он принадлежит к купеческому сословию. Да, точно. И не кто иной, как Московский городской голова Николай Алексеев — инициатор создания в Москве водопровода и канализации, а еще основатель знаменитой психиатрической больницы, прославленной в песне Владимира Семеновича. Но масштабы Москвы и Череповца, как мы понимаем, несопоставимы.
Пятибратов начинал подмастерьем у отца, а теперь вон, имеет мастерскую, да еще и магазин.
Толкнув дверь, с удивлением прислушался к звону колокольчика. А что, здесь их тоже цепляют?
Только вошел, как ко мне подскочил старший приказчик, одетый в европейский костюм, с неизменным — чего изволите?
Вот, этого, надо сказать, я и в своем мире не очень любил. Вошел, надо бы осмотреться, а тебе сразу в нос — вам помочь? Другой вариант — если тебе понадобился продавец-консультант, а его отчего-то нет.
Не отвечая на вопрос, огляделся.
Прямо широкая деревянная лестница, ведущая на второй этаж, в жилую часть дома. Слева — обувной магазин, с полками, заполненными товаром. Справа, судя по звукам, доносившимися из-за закрытых дверей — мастерская. А вон там имеется закуточек, прикрытый бархатной шторой, где с клиента мерку снимают.
Теперь, оценив обстановку, сказал:
— А изволю я, братец, твоего хозяина увидеть.
— Прошу прощения, сударь, невозможно-с, — поклонился приказчик. — Господин Пятибратов очень занят.
Думаю — мы и без хозяина сможем помочь. Вам что — готовую обувь подобрать? Или на заказ станете делать?
— Голубчик, я не за обувью, мне ваш хозяин нужен… — принялся я объяснять, но приказчик меня тут же перебил:
— Сударь, еще раз прошу прощения, но Леонтий Васильевич занят. Он не любит, если его в этот момент отвлекают…
Не выдержав, я рявкнул:
— Ты мне сказать-то дашь, или нет⁈"
"От моего рыканья приказчик остолбенел и втянул голову в плечи.
