— Ну, предположим, переведут его куда-нибудь подальше, в другой приход, — принялся рассуждать помощник исправника. — Как вы говорите — а где гарантия, что не повторится?
— Разумеется, гарантии никакой нет, — кивнул я. — Но, как я полагаю, свой авторитет в этой деревне батюшка уже растерял. Какое уважение к священнику-пьянице, да еще пытавшемуся девку изнасиловать? Он будет рассуждать о любви к ближнему, да о добродетели, а прихожане хохотать станут? Но мы о моральном облике священнослужителей рассуждать не станем, нам преступление предотвратить следует.
А если вы рапорт своего подчиненного до благочинного доведете, то уже церковь станет меры принимать. А что она решит — ее дело. Переведут, на какое-то время от службы отстранят… Не знаю, какое будет наказание. Но церковные власти своего служителя на контроле станут держать, а тот, если не совсем дурак, за ум возьмется. На новом месте и ему проще станет. Начнете с чистого листа, домоправительницу себе заведет, которая… нет, не смотрите на меня так, — усмехнулся я.
— Домоправительница станет домом заниматься, да детишками.
— Пожалуй, так оно все и сеть, — протянул помощник исправника. Посмотрев на меня, спросил: — А вы, Иван Александрович, отца Косму в ближайшее время не увидите? Вы же вместе с ним в одном комитете заседаете. Если увидите, буду очень признателен, если доведете до его сведения сей прискорбный факт.
Ох ты, ну боже ж ты мой! Я сейчас надворного советника обматерю, пусть он и старше меня в два раза. Ну до чего же ему не хочется свои собственные обязанности исполнять.
Не пойму — не то сам стесняется, не то попросту желает меня припахать? Ага, как же. То, что я за полицию воров ловил — это одно, а уж с профилактикой правонарушений пусть сами справляются.
— Я отца Косму только в следующем месяце увижу, — сообщил я. — А это дело лучше сразу решать, без промедления. Скорее всего, наш благочинный ваш доклад вместе с рапортом на рассмотрение Новгородской духовной консистории и правящего архиерея отправит. Поэтому, лучше не затягивать.
К тому же, Каэтан Иванович, вы лучше меня знаете, что слова к делу не пришить. Перескажу я батюшке рапорт, а что он в Новгород писать станет? Дескать — судебный следователь сообщил? А владыка спросит — с чего это судебным следователям в наши дела соваться? Его дело преступления расследовать. А докладную исправника уже никто не проигнорирует. Так что, пишите, а я потом поинтересуюсь у батюшки — как оно все прошло?
Каэтан Иванович вздохнул.
