Гражданин начальник

Видимо, здесь готовила уроки дочка Пахомовых – он не видел другого места, где можно было бы присесть и что-то написать.

Стол был чист, но у самой стены стояла картонная коробка с письмами, открытками, счетами за телефонные разговоры... Пафнутьев присел и начал внимательно просматривать содержимое коробки. Если Пахомов отнес письмо в милицию, то вряд ли ему удалось с первой попытки изложить все, что он хотел, должны остаться заготовки, черновики... Если, конечно, никто не побывал здесь раньше. Но убийство произошло лишь сегодня утром.

.. Пафнутьев перевернул коробку и высыпал все на стол.

– Слава тебе, господи! – шепотом воскликнул он, увидев продолговатую бумажку – такие полоски из нескольких почтовых квитанций отрывают, когда человек отсылает письма сразу в несколько мест. Пафнутьев вчитался в адреса – прокуратура, редакция, какой-то контрольный орган... – Спасибо, Коля, ты продолжаешь действовать.

Квитанцию Пафнутьев сунул в карман, а остальные бумаги положил на место. Отошел, оглянулся – вроде все, как прежде, явных следов не оставил.

Лариса спала. Обнаженная полноватая рука свесилась с дивана, на лице ее возникло скорбное выражение, она, кажется, легонько всхлипывала во сне. Пафнутьев осторожно завел руку под одеяло, поправил подушку, сбившуюся в сторону. «Красивая? – спросил он себя. – Как сказать... Наверно, может эта женщина довести до неистовства. Не каждого, не всегда, но может... Впрочем, как сейчас шутят, плохих женщин не бывает, бывает мало водки...»

И еще знал Пафнутьев, что в каждом кругу людей складываются свои понятия о красоте, и женщины подстраиваются, подгоняют себя под те или иные требования.

Вряд ли та же Лариса, работая, к примеру, в прокуратуре, стала бы делать такие тонкие изогнутые брови... А оказавшись в управлении торговли, сделала, и не ошиблась. Добилась и потрясла. Конечный результат, правда, оказался печальным, но это уже другое сработало... Хотя толчок, самый первый, неслышный, неприметный, возможно, дали именно брови, яркая помада, золотой перстень с розовым камнем или тем, что принято называть камнем – настоящих самоцветов такого размера и цвета в природе не бывает.

Полюбовавшись перстнем, Пафнутьев положил его на полку и вздрогнул от резко прозвучавшего телефонного звонка в прихожей – шли длинные с паузами звонки, кто-то пробивался из другого города. Поколебавшись, Пафнутьев взял трубку.

– Слушаю, – сказал он негромко, стараясь не разбудить хозяйку.

– Ларису мне, – произнес мужской голос с некоторым недовольством.