– Не смей! Где мои брюки?!
– Понятия не имею. А мои где?
– Да ладно, все равно все сырое, потом найдем. Вставай, что ты лежишь! Они сейчас подумают, что…
– Что мы украдкой целуемся на лестнице, как юнкер с гимназисткой, – подсказал Кирилл.
– Кирилл, вставай! Где твои вещи?
– Мои вещи в твоем гардеробе.
– А? А, ну да, – она подбежала к гардеробу, лихорадочно водя щеткой по мокрым волосам, – вот черт возьми!..
В него полетело какое-то барахло, которое он ловил и складывал на покрывало.
– Ну что ты лежишь?!
– Я устал, – объяснил он с удовольствием, – я устал потому, что ты на меня напала, бросила на кровать и хорошенько мною попользовалась.
– Я тебя не бросала!
– Еще как бросала.
Пыхтя, она кое-как напялила майку, натянула шорты и швырнула под зеркало щетку, которую все время держала в руке.
– Я скажу всем, что ты в душе, – сообщила она уже из-за двери. По лестнице затопали босые пятки, и все смолкло.
Кирилл полежал еще немного – может, он любит принимать душ по полчаса, – а потом поднялся.
Fo-лова была тяжелой, как будто он нанюхался душных цветов.
Почему он непременно должен идти пить какой-то чай, да еще делать вид, что задержался в душе?! Почему он не может проспать весь остаток дня, а потом полежать на диване с книжицей под названием “Кровавые твари” и Настей Сотниковой под боком?
Черт бы подрал все семьи на свете!
Ровный шум дождя, отдаленные голоса на террасе, осторожный скрип половиц, как будто по ним прошел кто-то совсем невесомый – старый дом жил своей жизнью, загадочной и непонятной.
Кирилл вдруг подумал, что уж дом-то точно знает, что произошло с его старой хозяйкой, и скорее всего знает, что еще только должно произойти.
Знает – и молчит.
Из кухни вышла Муся с подносом в руках и издалека улыбнулась Кириллу. Следом за ней выскочила Настя. У нее был озабоченный и преувеличенно деловой вид. Такой вид всегда принимали сотрудники Кирилла, когда он в очередной раз заставал их за пасьянсом.
– Мусенька, ты уронила, – сказала Настя и сунула какой-то сверточек в карман Мусиного фартука.
– Что ты так долго, Кирилл!
– Я не долго.
– Возьми, пожалуйста, на плите второй чайник. И пошли, пошли!..
Когда он с чайником в руке вышел на террасу, вся семья чинно пила чай и, кажется, даже никто не ссорился.
Тетя Александра взглянула на него, раздула ноздри, но ничего не сказала. Мышки-Сони на террасе не было.
– Как там в городе? – спросил Сергей.
– Все нормально, Сереж, – ответила за Кирилла Настя.
