– Так вот, Денис был уверен, что узнал человека, которого видел в общине родителей, и этот человек – Всеволод. Как ни были мы осторожны, но на нашу дружбу обратили внимание. Всеволод что-то заподозрил… может, лицо Дениса показалось знакомым, или он вспомнил фамилию его родителей… Хотя прошло столько лет… Но если Денис узнал его, Всеволод тоже мог… Мы видели, как изменилось его отношение к нам. Бесконечный пост, бессмысленная работа, восемь дней подряд Денис перетаскивал камни с места на место. То, что нас из общины не выпустят, мы уже понимали, и решили бежать.
Долго и тщательно готовились, демонстрируя полную покорность. И однажды ночью нам удалось перелезть через стену, несмотря на колючую проволоку. Шел снег, и мы надеялись, что наши следы он скроет. Собак Денис успел приручить, и они не залаяли, но нас хватились очень быстро. Я ведь сказала, в общине все друг за другом следили. Мы ушли совсем недалеко. Когда они нас почти догнали, Денис… он велел мне бежать к дороге, а сам увел преследователей в сторону деревни.
Спас меня, понимаете? Не помню, как я добралась до Ремизова, на дорогу выходить боялась, в темноте не отличишь машину охраны… Утром наконец оказалась в городе. И сразу пошла в полицию. Я не знала, схватили Дениса в ту ночь или нет, но боялась, что ему не удалось уйти. И если он в общине… мне даже подумать было страшно, что с ним сделают… Я все рассказала дежурному, по-моему, он мне не поверил, решил, будто я сумасшедшая. Пошел докладывать начальству. Когда я увидела начальника полиции, поняла, что угодила в ловушку.
Этого человека я видела в общине. Передвигаться по всей территории нам было запрещено, территория разделена забором, в одной половине дом Всеволода и еще какие-то постройки. В его дом без приглашения не входили. Охрана за этим следила. С той стороны ворота, и гостей, когда они приезжали, мы видеть не могли. Но так вышло, что однажды я убиралась в доме Всеволода, вдруг подъехала машина. Всеволод попросту забыл обо мне, а когда вспомнил, велел покинуть дом.
Но из мансардного окна я увидела машину и человека, который из нее выходил.
– Его фамилия Колокольцев? – спросила Агата.
– Не знаю. Я так испугалась, когда встретила его в полиции, что фамилию попросту не расслышала. Он стал меня расспрашивать, а я… я не знала, что делать, что говорить. Но дежурный… ему-то я успела рассказать… Я попросилась в туалет. Дежурный пошел меня проводить, и тут в отделение привели цыганок, целый табор.
