Яфет

Но раз уж мы здесь, надо подъехать и разведать. Если там враги, мы не должны никого оставлять за спиной.

Громострел нагнал, когда Яфет с волхвом уже проехали треть версты в сторону Прадрева. Он пустил коня рядом с высоким тцаром, что ровно и мощно держится в седле, сурово и внимательно всматривается вперед, зыркает по сторонам.

Соколиный Клюв тоже сидит прямой, как аршин, пальцы правой руки держат конский повод, а левой все еще крепкий старик перебирает обереги на груди. Сидя в седле, он доходит ростом тцару чуть ниже плеча, как и Громострел.

– Лучшие воины! – проговорил старший воевода горделиво, указывая за спину, где в сотне шагов скачут крепкие витязи. – Самолично отбирал! В их обществе не стыдно и в бою пасть, а на пиру так еще нестыднее!

Он посмотрел на тцара с надеждой.

– Яфет, закатим пир, когда выедем из-под этой кроны? Людям надо дать передышку – мы идем, почти не видя солнечного света, уже который день.

– Пир будет, когда срубим города с крепкими стенами, которые не сможет покорить никакой враг, – проговорил тцар жестко.

 – А пока за нами погоня и мы на необжитой земле – никаких пиров и вообще долгих привалов.

Под копытами пошла заросшая высокой травой земля, и кони теперь везут седоков, погружая ноги в траву, как в воду, чуть ли по брюхо. Смолкло пение птиц, лишь глухо шелестит трава.

Прадуб, который не охватишь взглядом, высится прямо впереди. Массивные наросты на громадном, как тысячелетняя скала, древе выглядят как множество глаз. Они в упор взирают на трех воинов, посмевших подъехать столь близко.

Огромный, усеянный трещинами и шляпками древесных грибов величиной с конскую голову ствол Прадуба уходит, как показалось Яфету, к скрытому ветвями небу.

Прадрево выглядит громаднее, чем все, что Яфет когда-либо зрел на своем веку. Даже Ковчег, на котором с братьями пережил Великий Потоп, был меньше в размерах.

Тцар мрачно поделился этими мыслями со спутниками.

– В эти края, как рассказывал мой наставник Мудролюб, – отвечал волхв, – Потоп вообще не доходил.

Здесь раньше стояли огромные льды – высотой до самого неба. Льдины были здесь повсюду. Но люди как-то сумели пережить Великий Лед. Потом уже тут появились леса. А древние люди – невры – тут так доселе и живут.

– Брешет этот твой Мудролюб, – молвил Громострел с недоверием. – Это ж сколько с тех пор прошло времен! Это ж как долго эти невры должны были прожить и не сдохнуть! И это в таком холоде, когда от одной мысли о нем зябко становится.