— Краснов, ты? Сорокин беспокоит… Слушай, Гриша, нужно срочно узнать адрес матери Валентины Климовой. Да, по делу Забродова и Быкова… Сделаешь? Хорошо, я перезвоню минут через пять. Спасибо, Гриша. Действуй. Только… Сам понимаешь. Да. Никому. Все.
— Поехали в Тушино, полковники, — сказал Илларион. — Перезвоним из машины.
Он прыгнул за руль «шестерки», а полковники разместились в салоне. Машина сорвалась с места с совершенно неподобающей для ее возраста и класса стремительностью и пулей понеслась по Ленинградскому шоссе, натужно ревя двигателем и барабаня карданом.
— Вот не думал, что эта телега может так бежать, — сказал Андрей, стараясь не вслушиваться в раздражающий стук, доносившийся из-под пола кабины. — Расскажу жене — не поверит.
— Поверит, — сказал Илларион, проскакивая на красный свет, — только на твоем месте я бы не рассказывал.
Сорокин снова позвонил в управление и записал в блокнот адрес и телефон. Прервав связь с Красновым, он тут же набрал номер матери Климовой, Трубку долго не поднимали, но в конце концов заспанный женский голос ответил: — Слушаю.
— Я прошу прощения за поздний звонок, — начал он. — Это полковник Сорокин из уголовного розыска. Валентина случайно не у вас? У меня возникли вопросы, а дома у нее телефон не отвечает.
— Нет, ее здесь не было. Возможно, она у кого-то из своих подруг или отключила телефон.
— Я еще раз прошу прощения. Ее сын у вас?
— Антошка? Да, у меня. Он спит. Послушайте, в чем…
— Никому не открывайте дверь. Никому, понимаете? Даже мне. У меня есть основания предполагать, что вашу дочь удерживают с целью получения от нее ложных показаний.
Вашему внуку и вам угрожает опасность. Поэтому никому, повторяю, не открывайте дверь. Когда ситуация изменится, я вам перезвоню. Вы все поняли?
— Да, я поняла.
Она больше ничего не добавила и положила трубку.
— Сильная женщина, — поделился впечатлением Сорокин. — Просто кремень. Ни истерик, ни лишних вопросов.
— Дочка в нее, — сказал Забродов. — До сих пор диву даюсь, как она их с тетрадью обвела.
Только вот зря она этому Рябцеву протокол не подписала. Он-то про тетрадочку не знал, так что протокол этот — тьфу. Смело могла подписать.
— Ага, — сказал Сорокин, — а они бы ее тогда раз — и в дамки. Зачем им свидетель? Попала под машину, водитель с места происшествия скрылся — и концы в воду.
— Тоже верно. Надо ее найти, полковники. Надо вообще с этим делом закругляться, надоело.
— Закруглиться будет непросто, — подал голос с заднего сиденья Мещеряков.
