Заглянув в бумажник, Ковалев присвистнул и заторопился. Как раз в это время в машине раздался телефонный звонок. Ковалев, махнув рукой Губину, сел в машину и взял трубку. Заметив, что Губин сидит, как истукан, и смотрит на него преданными дурацкими глазами, он треснул напарника по шее и ответил на вызов только после того, как машина тронулась, оставив выпотрошенного фирмача блаженно похрапывать под липой.
— Опять баб топчете? — как всегда спросил Рябцев.
— Ничего подобного, — обиделся Ковалев. — Алкаш тут какой-то колобродил, пришлось урезонивать.
— Он с вами? — быстро спросил Рябцев.
— Э-э-э… да нет. Отпустили. Он вроде тихий, только все возмущался, почему его домой не пускают. Ну, мы ему объяснили, что это не дом, а трансформаторная будка…
— Ладно, леший с ним. Поедете в Тушино, — Рябцев продиктовал адрес, заберете мальчишку. Старухе скажете… Нет, со старухой разговаривать бесполезно, она-то уж точно молчать не будет. Старуху тоже заберете. Отвезете сам знаешь куда… Напарник твой как — доверять ему можно?
— Нормально, Сергеич, не выдаст.
А что случилось-то?
— Лучше не спрашивай. Спокойней спать будешь. Только имей в виду, что от этой поездки целость ваших шкур очень даже зависит.
— Сергеич…
— Все, Ковалев, некогда болтать. Тут или грудь в крестах, или голова в кустах. Действуй.
Рябцев положил трубку. Ковалев вздохнул.
— Чего там, Паш? — спросил Губин.
— Чего ты расчегокался сегодня, как заведенный? — рыкнул Ковалев. — В Тушино поехали, вот чего.
— А зачем?
— Дело делать. И если ты, Колян, кому заикнешься…
— Ну что ты сегодня, правда, как с цепи сорвался? — не выдержал Губин. — Я ж всегда…
— Всегда — это одно, а сегодня, брат, совсем другое… Хоть ты бросай все да беги, честное слово. Только ведь найдут, заразы.
— Да ты чего, Паш?
— Да замолчи ты, ради бога, без тебя тошно.
В молчании они добрались до Тушино и, немного поплутав в незнакомом районе, отыскали нужный номер дома. Это была длинная крупнопанельная девятиэтажка подъездов на восемь, а то и на все десять, построенная, судя по высоко поднявшейся вокруг нее зелени, уже довольно давно.
Лет двадцать назад, прикинул Ковалев, а то и все двадцать пять."
"Нужная им квартира располагалась в пятом подъезде. Губин заглушил мотор и вслед за Ковалевым вылез из машины, терзаемый смутным беспокойством — что-то уж больно нервным казался ему сегодня Друг Паша, обычно такой веселый и снисходительно-доброжелательный.
