Сейчас я отвернулась, не в силах вынести чужое счастье. Даже мимолетное, длиной в несколько прикосновений девичьей ладошки. Оно ощущалось стеклом, наждачной бумагой, царапающей сердце — мое счастье оказалось глупой иллюзией.
Боясь, что сейчас разревусь, я полезла в сумку за влажными салфетками — просто так, чтобы хоть что-то делать и не думать о набухающей в глазах влаге. Рука наткнулась на вибрирующий в беззвучном режиме телефон. Зажала его в ладони, не собираясь смотреть на экран — уверена, что это звонит мой начальник.
Вибрация прекратилась, чтобы тут-же мигнуть входящим сообщением.
— «Ты такая красивая, когда сидишь за этим маленьким столиком и смотришь на обнимающуюся перед тобой парочку. Я хочу тебя, киса. И получу. Тебе не убежать, моя сладкая, как бы ты не старалась меня игнорировать. И когда окажешься в моих руках, я проделаю с тобой все те штучки, которые давно хотел сделать. Помнишь, я тебе рассказывал о них? Уверен, тебе понравится.» — было написано в сообщении.
Глава 28
Неожиданно меня начало трясти.
Телефон выпал из заходивших ходуном рук, и с пластиковым стуком шлепнулся на столешницу,
Задыхаясь, я завертела головой, пытаясь зацепить взглядом того, кто отправил сообщение. Кто видит, что я делаю, и даже выражение моего лица разглядел.
Снова мигнул телефон.
«Не верти так сильно своей красивой головкой, милая. Суета тебе не к лицу. Хотя твой страх мне нравится — я даже отсюда чувствую его запах.»
— Вам плохо? — подошедшая с подносом в руках официантка изучающе уставилась на моё лицо.
— Может воды, или помочь выйти на свежий возух?
— Нет. Нет, спасибо, — человеческий голос выдернул меня из-под накрывшего с головой ужаса. — Все в порядке.
Девушка поставила передо мной заказанный салат и драники, и, ободряюще улыбнувшись, отошла.
Я уперла локти в стол и уткнулась лицом в ладони — надо успокоиться. Он просто издевается надо мной. Мне не стоит так пугаться.
Снова замигало сообщение:
«Ты провинилась, киса. Убежала из нашего с тобой уютного дома, хотя я запрещал.
И не ответила на мою просьбу кое-что сделать для меня. Мне придется наказать тебя, моя сладкая».
Сердце заколотилось в сумасшедшем ритме. Похолодевшими пальцами я отодвинула тарелку и уставилась в окно. По тротуару все так же спешили прохожие, не обращая никакого внимания на мою белеющую за стеклом физиономию. Возле решетки парка две старушки кормили слетевшихся со всей округи голубей. От остановки отчалил неспешный автобус. Все, как обычно.
