— У тебя, бл*дь, защита во вторник! Защита, мать твою, диплома! А ты сидишь, как девчонка, листик в клеточку штрихуешь! Я с финотделом порешал, тебя, барана, в дело вводить хочу, а у тебя на роже — ноль понимания!
У него, может, и ноль понимания… У него, может, мир порван на части, но кого это, бл*дь, волнует?
— Машину где поцарапал? Думал, я не замечу?
На самом деле, ему без разницы: заметит, нет… Тоже, бл*дь, проблема!
— Ну, конечно, для тебя же это ерунда! Тебе же на все положить! Чужими руками жар загребать любишь, а заработал бы… Вместо того, чтобы ночами шарахаться не пойми с кем и где! Жизнь прожигаешь!
Облик аморале.
Слышал же от отца миллион раз.
Тоска, бл*дь, несусветная!
— Все! Хватит! Сдай сегодня ключи от машины. Точнее, от всех трех!
— Серьезно, бать? — вяло зашевелился Град. — Что за тупые воспитательные приемы?
Хотел добавить, что опустился отец со своими жалкими наездами, но все же не стал, осознавая, ниже плинтуса из них двоих — только он.
— Ты же, баран, сам себе яму роешь, ты это, мать твою, понимаешь? Понимаешь???
Грудь Сергея поднималась и опадала в беспокойном ритме, но эмоциональной реакции на благой гнев отца все равно не возникло.
— Видимо, я не мыслю твоими мерками, чтобы это понимать. Отдам ключи утром, сейчас съездить кое-куда надо.
— Опять? Я не разрешаю."
"— Ну, и как ты меня остановишь, пап? — поинтересовался со скупой интонацией в севшем голосе.
Учащенное сердцебиение и повышенная температура настолько достали, что у Карпа рискнул закинуться какими-то седативными.
Тот уверил, что ""транки"" абсолютно безопасные, достались ему от отца. А Градскому просто хотелось хоть на день ""уйти в закат"". Перевести дыхание, без разъедающих нутро чувств.
""Пусть все исчезнет…""
Двадцать четыре часа ему бы хватило, чтобы перевести дыхание и принять обвал чуть позже.
— Знаешь, я сам на эти ""транки"" подсел… — выдавил Карпов странным затянутым тоном, когда уже сидели в ""Мерсе"" перед стартовой прямой запланированного спринтерского заезда. — Проблемы у меня серьезные.
Хочу с тобой посоветоваться, братик…
Серега, не снимая давления со ""сцепления"", несколько раз выжал и отпустил педаль газа, максимально прогревая двигатель.
— Ты серьезно? Прямо сейчас? — бросил на друга беглый взгляд.
С левой стороны дороги у обочины гарцевала толпа зрителей. Справа же из-за обрыва рельефа трасса уходила в темноту, но Градский примерно помнил, что там расположены засаженные злаковыми культурами сельскохозяйственные поля.
