Как Петюня за счастьем сходил (СИ)

Как минимум! Все-таки он молодец. Даже господин Подольский это признал.

С Панкратовым он столкнулся через неделю. Верней, не так. Он, только придя домой после затянувшегося рабочего дня, механически пригреб волосы перед зеркалом и пошел было на кухню воды попить, как в дверь позвонили. Что-то подозрительное пробежало холодной змейкой по хребту, скользнуло по затылку и свернулось в мозге.

На пороге стоял Панкратов.

– Привет. – натянуто-небрежно сказал он.

Петюня сглотнул и ошеломленно посмотрел на него.

– Добрый вечер. – вежливо отозвался он.

Петюня судорожно сглотнул и вцепился в дверную ручку.

– Я бы с радостью вас впустил и попил ко… чаю, но мне нужно идти, у меня назначена встреча.

– С кем? – требовательно спросил Панкратов. Петюня лишь неопределенно пожал плечами и сказал:

Панкратов отступил, внимательно посмотрел на него и сказал:

– Хорошо. Доброго тебе вечера.

– И вам того же. – из последних сил спокойно сказал Петюня и резво захлопнул дверь.

Зайцем рванув к окну, он увидел, как Панкратов идет к своей машине, садится в нее и остается стоять на месте.

Петюня простонал что-то невразумительное, перевязал галстук, набросил плащ и, изо всех сил имитируя радостную стремительную походку, полетел к метро. Проехав пару остановок, он вышел и побрел в парк. Попил кофе, погулял у прудов, покормил лебедей, еще попил кофе и часов в одиннадцать вечера потянулся домой. Машины у подъезда не было.

Петюня складывал раздаточный материал для выступления господина Подольского на очередном заседании очередного совета, мурлыкая себе под нос бодрое «Фигаро тут, Фигаро там, Фигаро…» и прикидывал, ничего ли он не забыл.

Нет, ничего. Всем должно хватить, все в комплекте. Господин Подольский вышел из своего кабинета и сказал:

Петюня радостно улыбнулся и сказал:

Подольский улыбнулся и потрепал его по плечу. Он пошел ко двери, но на полпути остановился и сказал:

– Петр Викентьевич, я могу рассчитывать на вашу сообразительность в экстремальных ситуациях?

– Конечно! – Петюня удивился.

Вроде же никогда не подводил.

– Хорошо, – задумчиво отозвался господин Подольский. – Очень хорошо.

Удивление не оставило Петюню, когда господин Подольский, беря бумаги из его рук, скользнул по ним каким-то чересчур интимным жестом. Удивление возросло, когда за быстро и ловко выполненное поручение господин Подольский произнес: «Спасибо, Петр Викентьевич» неожиданно теплым голосом и улыбнулся.