Хевдинг (СИ)

Всеслав выглянул за дверь, кликнул одного из уличных мальчишек, что-то ему сказал. Я не вслушивался в разговор, я был слишком занят простейшим занятием, которое внезапно оказалось сложнее, чем я думал — подтягивал штаны.

Пояс с мечом обнаружился в уголке, и хоть паутиной Кровопийца ещё не покрылся, но тонким слоем пыли всё-таки зарос. Я почувствовал некоторый прилив благодарности к Всеславу, не за то, что он вытащил меня с того света, а за то, что даже не притронулся к моему мечу. Странные выверты сознания, конечно, но такое мы контролировать не в силах.

Рядом с лавкой стоял костыль из узловатой палки, и я неумело опёрся на него, заново привыкая стоять на двух ногах. Боль сразу же дала о себе знать, и я понял, что на ближайшее время она станет моей постоянной спутницей.

— Сейчас твои придут, — сообщил Всеслав, возвращаясь в избу. — Кто-нибудь. Помогут тебе.

— Хорошо. Спасибо, Всеслав, — сказал я. — Я у тебя в долгу.

Лекарь кивнул, почесал где-то в глубине бороды, пошарил взглядом по своим полочкам и ящичкам, а затем протянул мне плошку с какой-то непонятной субстанцией.

— Вот этим мажь, да повязки меняй, — сказал он. — Рану в чистоте держи, ногу пока не утруждай. Потом уже, после Ярилина дня разминай да без костыля ходи помаленьку.

— Это что? — спросил я, кивком указывая на плошку.

— Мазь. Тайная, — улыбнулся Всеслав. — Ты же мне не говоришь, где кровь затворять учился.

— Ладно, — согласился я.

На пороге избушки вдруг появился запыхавшийся Торбьерн, сияющий радостной улыбкой, следом за ним протиснулись Кьяртан и Хальвдан.

— Брат! Очухался! — воскликнул кузен, и я несколько удивился.

Последние пару месяцев он держался максимально отстранённо от меня, предпочитая общество других воинов. А тут вдруг прискакал самым первым. Но радость его была искренней, это я замечал невооружённым глазом, как и радость остальных, так что я улыбнулся в ответ.

— Бранд! Мы уж думали, всё, нового хёвдинга придётся выбирать! — сказал простодушный Хальвдан.

Будто я не знал о том, как некоторые ещё в Ладоге шептались про то, что им не нравится моё командование, что я мал и глуп и накликаю беду на всех.

— Ты как? — единственный из всех поинтересовался Кьяртан.

— Сойдёт, — ответил я, постучав костылём по земляному полу.

Парни наскоро собрали мои пожитки и помогли выйти на улицу. Солнечный свет резанул по глазам так, что пришлось прикрывать их рукой. Там мы попрощались с лекарем, и потихоньку пошли к постоялому двору, на котором разместилась команда.