Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Почти два года я выживала, а не жила. И не потому что такова была реальность и её требования, а потому что так было проще и легче прятаться от по-настоящему болезненных вещей. Теперь же, когда Чернов с каждым днём всё больше и больше проникал в моё бытьё, с каждым разом становилось всё сложнее и сложнее вести себя так, как я привыкла.

Некоторые вещи менялись сами собой, и я даже была готова не оспаривать их, принимая всё как есть, но оставались ещё шаги, которые только предстояло предпринять, чтобы окончательно распрощаться с прошлым.

— И всё-таки, ты о чём-то думаешь… — возвращает меня обратно в машину Стас.

Московское утро уже вовсю проникло в наши окрестности, и вокруг стали шмыгать первые студенты, которым отчего-то не спалось.

— Ну иногда же я должна это делать, — пробую отшутиться.

Но Стас не поддаётся.

— Мне пора начинать беспокоиться?

— Нет, — кратко отвечаю я. Потом, правда, всё же решаю пояснить, чтобы уж совсем от него не отгораживаться. — Много просто всего произошло, надо время… разобраться.

— Надеюсь, мне не придётся опять держаться в стороне? — чуть нервно спрашивает Чернов. Моё состояние явно не проходит для него бесследно, он тоже впитывает нашу атмосферу, пугаясь и теряясь в ней. Хоть и не показывает виду. Он не понимает моего резкого перехода, от «всё хорошо, я вся твоя» до… «мне так тошно, но я тебе ничего не скажу».

Обхватываю его лицо своими ладонями.

— Стас, ты мне веришь?

— Верю, — тут же отвечает он. А мне даже завидно, что ему и обдумывать ничего не приходится.

— Большего мне и не надо, — говорю я, прежде чем коснуться его губ своими. Получается чуть печально, но зато… так многообещающе, потому что только рядом с ним я тоже начинаю верить… в себя. В нас.

Спала я плохо. И с этим надо было что-то делать. У меня и раньше день с ночью местами путались, но с появлением Стаса в моей жизни, мы окончательно перешли на ночные бдения. Это уже была традиция, встречать вместе рассвет.

Долго сидела на кровати с растерянным видом и пыталась что-то высмотреть за приоткрытой дверцей шкафа.

— Вер, не пугай меня… — пытается растормошить меня Оля.

— Ты в одну точку уже минут двадцать пялишься.

Кролька говорит что-то ещё, но я не слушаю.