Хозяйка Мельцер-хауса

Мы, конечно, приютим вас, но мы сами не знаем, пощадят ли нас…

Тилли бросила на Лизу умоляющий взгляд, но та все еще колебалась, раздумывая, не дойти ли все-таки до ратуши, чтобы вступиться за Себастьяна Винклера. Она принадлежала семье Мельцеров, хотя вряд ли мюнхенские офицеры знали почетных граждан Аугсбурга…

– И чего ты ждешь, Лиза? – теребила ее Тилли.

Они никогда не забудут свой побег из города в то светлое пасхальное воскресенье. Как две бродяжки, они пробирались через старый садик, где на грядках уже дал побеги зеленый лук, а на кустах смородины показались первые нежно-зеленые листочки.

Сохранившаяся со времен Средневековья стена осыпалась и покрылась мхом. Преодолев эту преграду, они начали прокладывать свой путь через сплетение многочисленных улочек, потом шли вниз по горе Юденберг к городскому валу. Они были далеко не единственными, кто спасался бегством. Повсюду можно было встретить беженцев – с ящиками и чемоданами в руках, с тележками, в которых сидели маленькие дети, с тачками, в которых умещался весь их скарб. Они непрерывно вздрагивали от стрельбы, от пулеметных очередей, то нарастающих, то снова стихающих. Несколько раз им казалось, что они слышат грохот разрывающихся снарядов, глухие взрывы, за которыми следовали пронзительные крики.

Около монастыря урсулинок они пересекли ров и направились по полю в промышленную зону. Было жутко холодно, туфли их промокли насквозь, а пальто были забрызганы грязью. Надо же было ввести войска именно в пасхальное воскресенье, когда люди собирались в церковь и надевали на себя свою лучшую одежду.

У бумажной фабрики им едва удалось спрятаться за стеной, как навстречу вышел отряд всадников. Им пришлось довольно долго стоять на холоде и ждать, пока по мощеной дороге в город не проехал последний задержавшийся офицер. Только тогда они смогли осуществить свой последний на этом нелегком пути марш-бросок.

– Скорее бы в горячую ванну, – застонала Лиза, когда они вошли в парк виллы. – Августа должна немедленно наполнить нам ванну. Это единственное, о чем я еще могу думать…

Тилли никак не отреагировала, лишь хмыкнула про себя.

Это было самое разумное из того, что Лиза выдала за сегодня.

– Боже мой, – вздохнула Алисия, смахивая с глаз слезы. – Какое счастье, наконец-то мы получили весточку, хоть и не самую радостную.

Мари думала так же. Как долго они ничего не знали о судьбе Пауля! Ни писем, ни открыток, только короткое извещение руководства армии о том, что солдат Пауль Мельцер находится в русском плену.