Князь поневоле. Большая война

Все эти государства находятся под полным протекторатом Москвы. Вся Восточная Пруссия вплоть до течения Вислы переходит под наш полный территориальный контроль и преобразуется в Царство Прусское. Территории бывшего герцогства Бавария и королевства Пруссия станут отдельными государствами, тогда как остальные территории Германии должны будут выплатить России контрибуции. Что же касается территорий Франции, то оккупационные силы Италии и Великобритании должны экстренно покинуть эти земли и вернуться в свои страны без всяческих территориальных и экономических требований, а все государственные функции должны быть переданы французскому правительству.

Здесь в разговор вступил японский главнокомандующий:

— Император Японии требует передачи под наш контроль всех британских владений в Сиамском заливе, городах-концессиях, Филиппинах, Новой Зеландии, Новой Гвинее, островах Полинезии и Микронезии, а также независимость Австралии.

Тишина повисла в зале настолько густая, что казалось, её можно резать даже тупым ножом.

Британский делегат, седовласый адмирал с орденом Бани на груди, медленно поднялся со своего места. Его лицо, изрезанное морщинами и загаром тропических морей, было непроницаемо, но в глазах читалось холодное презрение.

— Ваши требования, — его голос звучал чётко даже в большом зале, с лёгким шотландским акцентом, — больше похожи на безумные фантазии варваров, чем на условия мирного договора между современными странами. — Он сделал паузу, переводя взгляд с Александра Александровича на японского генерала.

— Британская Империя не сдаёт свои владения под угрозой оружия. Ни дюйма земли. Ни одного острова. Ни одной деревни.

В зале зашевелились. Итальянские делегаты переглянулись, немецкие представители опустили глаза. Только японцы оставались неподвижны, их лица — каменные маски, за которыми скрывалась тысячелетняя традиция терпения и расчёта.

Александр Александрович не спешил с ответом. Он откинулся в кресле, пальцы медленно постукивали по дубовому столу, оставляя едва слышный стук, похожий на далёкие залпы орудий.

— Адмирал, — наконец заговорил он, — вы говорите так, будто у вас есть выбор. — Его голос был спокоен, почти дружелюбен, но в нём ощущалась сталь. — Ваши гарнизоны в Индии разбегаются при виде наших казаков. Ваш флот в Тихом океане теряет корабль за кораблём. Франция уже не ваша. Германия — тоже. Что вы можете противопоставить нам? Ещё год войны? Два?

Английский адмирал не дрогнул.

— Мы можем сжечь ваши порты. Задушить вашу торговлю.