Конец сказки

Река на краткие мгновения будто закипела, волны хлынули на песчаный берег, разлились – и оставили три дюжины людей-рыб в золоченой чешуе.

Могучие рыболюды потрясали трезубцами. От самого Русского моря приплыли они, Придонным Трактом. Древней дорогой, что способна вывести в любое море, реку, озеро, пруд и даже колодец. Из кувшина с водой может водяной показаться… правда, тут уже разве что руку просунет.

И сейчас они вышли со дна Итиля. Вышли – и сразу вступили в бой. Вначале с караконджалами, исконными своими супротивниками.

Морские богатыри сразу же переломили ход сражения. Царь Водан отправил людям в помощь немного своих гридней, да зато самых лучших, самых отборных.

Переднюю дружину послал.

И были они хороши. Куда как хороши. Каждый бился за троих, за пятерых. Не роняя ни единого слова, с подлинно рыбьим равнодушием они орудовали трезубцами – и насаживали на них супротивников пучками.

Воевода Дунай аж присвистнул, увидев такую подмогу.

Довольно и того, что эти новые чудища не Кащею пособляют. А кто уж они такие, откуда взялись – то дело десятое.

И вкупе с новыми соратниками, воспрянув снова духом, владимирцы и рязанцы сбросили караконджалов обратно в Итиль. А потом набросились на громилу-велета – и дружно его сразили. Истыкали с одной стороны копьями, а с другой – трезубцами.

Рухнул Усыня, сын Крутоуса, – и не встал уже. Омыло водой труп последнего велета.

И с небес шарахнула молния.

Не такая, конечно, как во время грозы бьют. Поменьше, послабее. Но тоже страшная, убийственная. Двух хоробров кончило на месте, а остальные врассыпную бросились.

То подлетел на огненном змие сам царь Кащей. Совсем немного не поспел, чтобы Усыню выручить. И полосовал теперь сверху перуном, гонял по полю его убийц.

Не желал Кащей смерти этих трех братьев. Они ведь и впрямь были самыми последними.

Конечно, их и так бы больше не было. Без женщин им никак не расплодиться, а последней велеткой на свете была их мать. Родила трех сыновей от трех разных отцов – и на том все.

В летучую колесницу вонзился трезубец. Едва постромки не перерубил. Кащей окинул морских богатырей ледяным взглядом и натянул поводья, поднялся выше. Окинул взором сражение, оценивая его ход.

Не лучшим образом битва идет.