Король медвежатников

Такого цвета вода бывает у опасных атоллов.

Силой ее не завоевать, это точно. Для победы требуется нечто другое. И будто бы ослабев, паша согнулся в коленях. Обхватил девушку за талию и уткнулся головой в ее живот.

— Господи, ты даже не представляешь, как я ждал встречи с тобой, — поймал паша девичьи ладони в свои сморщенные старческие руки. — Я мечтал о такой женщине, как ты, всю свою жизнь.

Хабибулла поднял голову и натолкнулся на девичий взгляд, полный недоумения. Зрелище было ужасным и нелепым одновременно.

Человек, перед которым склоняли головы крепости и города, вдруг преклонил колени перед своей пленницей. Ей бы поднять повелителя с колен или опуститься с ним рядом, а она, ошарашенная его падением, смотрела на пашу с высоты своего малого роста так же надменно, как это делает птица, взирая на скрюченного червя. Вот сейчас изловчится и клюнет престарелого пашу в самое темечко.

Не случилось. Ее губы, еще минуту назад капризные, вдруг плаксиво изогнулись.

— Я не могу!.

. Встаньте, — взмолилась девушка.

— У меня было много женщин, но ни одна из них не сумела ранить мое сердце так, как это сделала ты. Будь же моей! Я брошу к твоим ногам все сокровища мира, — пообещал паша.

Подбородок девушки горделиво приподнялся.

— Ты предлагаешь наследнице рода Артуа быть твоей наложницей? — гневно изогнулись брови красавицы. — Я лучше предпочту смерть!

Паша не без оснований считал, что умеет говорить. Не будь у него этого дара, то, возможно, его победы на любовном фронте были бы не столь ощутимы.

А так по всему Средиземноморскому побережью народилось немало детей, что с уверенностью могли бы назвать его своим отцом. Но сейчас он осознал, что все свои победы отдал бы за привязанность этой девушки.

Восемнадцатилетняя девица выглядела холодной, точно выступающая из воды скала.

— На этой земле есть только один человек могущественнее меня, это Сулейман Кануни. Я не предлагаю тебе быть наложницей, я хочу, чтобы ты стала моей женой.

 — Паша Хабибулла сделал паузу, а потом, собравшись с духом, продолжал: — И не просто женой, а первейшей из жен. А как только от нашего союза родится сын, он станет законным наследником всего того, что я имею, — торжественно пообещал паша Хабибулла.

Паша сам испугался сказанных слов. От трех жен у него было шестеро детей (гарем не в счет — это всего лишь театр развлечений, где он любит проводить время, отдыхая от государственных дел).