Корона жигана

Кирьян представил, как его тело после первых двух удачных выстрелов будет прошито по диагонали пулеметной очередью Труп в пыли, смешанной с кровью, — это всегда жалкая картина.

— Стоять! — негромко, но довольно веско произнес тот, что был ближе всех. — Кто такие?

— А вы кто? — сдержанно поинтересовался Кирьян. Костяшки пальцев вцепились в браунинг. Нет, не успеть.

— Патруль, — слегка приподнял левую руку матрос, на руке была красная повязка.

— К свояку едем, — бесхитростно пояснил Кирьян, — тут недалеко, вот за тем поворотом, — вскинул он подбородок.

— Что, и бабу, что ли, решили с собой взять? — хмыкнув, вышел из-за спины второй.

Рука его все так же покоилась на кобуре.

— А чтобы веселее было! — улыбнувшись, ответил Кирьян.

— Балагур, значит? — безо всяких эмоций спросил первый. — Это хорошо. Я люблю балагуров. Слезай! — неожиданно жестко приказал он и поднял руку.

Теперь ствол пистолета находился почти у самого лица Кирьяна.

— Это еще зачем? — напрягся Кирьян.

— А вместе балагурить будем. Только вот руку из кармана вынь.

А то я боюсь, шутка у нас может не получиться. Медленно! — строго предупредил матрос. Кирьян вытащил руку. — Вот так, молодец. Петро, — обратился он к третьему, что стоял с пулеметом, — постереги! — Матрос не без опаски приблизился, хватко постучал жигана по карманам и, нащупав пистолет, удовлетворенно хмыкнул: — Ого! Ну-ка, браунинг. Знатная штука. Пригодится! — и уверенно сунул его в карман. — А это что у нас такое? Саквояж. Что в нем? Золотишко, наверное. А ты часом не нэпман?

Рука матроса уверенно потянулась к саквояжу.

— Оставь! — выкрикнул Кирьян.

Матрос удивленно посмотрел на жигана.

— Батеньки вы мои! — весело воскликнул он — Да у него еще и голос прорезался! А по зубам не хочешь? — с ненавистью прошептал матрос. Кирьян отпустил саквояж. — Вот так-то оно лучше будет. Ого! Тяжелый. У тебя там, наверное, добра миллионов на десять! Ладно, разберемся. А ты, девица, тоже слезай! Живо! Упрашивать не буду, не кавалер, — строго предупредил матрос.

— Куда же вы нас поведете? — пискнула Дарья.

— Действительно… куда? — удивился матрос. — А может, и вести ее никуда не нужно, товарищи? Может, мы ее прямо здесь разложим?

Шутка матросам показалась удачной, патрульные дружно, будоража ночь, загоготали.

— Послушай, ты, — сделал шаг вперед Кирьян. — Девку не тронь! Она не при делах…

— Это мы еще посмотрим… Если ублажит как положено, тогда и не трону.

И патрульные захохотали вновь. Они были расположены к веселью.