Корона жигана

 — Неспокойно там нынче, — сдержанно сообщил он, — вы бы, господа, добавили полтину за беспокойство.

— Три рубля сверху! — великодушно пообещал Хрящ.

— Три рубля?! — возликовал извозчик. — Да за такие деньги я вас хоть в ад отвезу!

— А вот это кого-нибудь другого, — со смешком заметил Макар.

Пролетка остановилась на площади, расшугав пацанов, покуривающих махорку на перевернутых ящиках.

Тотчас от их группы отделился самый расторопный и стремглав пустился по улице.

В окнах заведения мадам Трегубовой ярко полыхал свет.

Здание было заметно издалека, как огромный корабль, светящийся в мрачном и неуютном море праздничной иллюминацией. В соседнем доме над крыльцом висел красный фонарь, у которого, попыхивая папироской, стояла молодая женщина.

Макар невольно задержал взгляд на ее открытых ногах. Странно, что он не разглядел это заведение в прошлый раз.

Женщина, вмиг заметив интерес, расценила его по-своему.

— Что же ты, морячок, мимо проходишь, я много за удовольствие не возьму.

— Откуда же ты, барышня, знаешь, что я моряк? — невольно удивился Макар, чуть приостановившись.

— А походка у тебя матросская, — улыбнувшись, сказала женщина. — Я когда в Питере жила, то на вашего брата насмотрелась предостаточно.

Ее улыбка сделалась еще шире. Очевидно, на нее ласковым прибоем накатила волна воспоминаний.

— Значит, мы с тобой земляки.

— Если удовольствия не хочешь, тогда, может быть, даму папироской угостишь, — попросила женщина, — я ведь последнюю докуриваю.

— Это можно, — мгновенно откликнулся Макар, сделав в сторону женщины пару шагов, и, открыв портсигар, предложил: — Смелее черпай, не обеднею!

Женщина уверенно вытащила три штуки.

— Это не тебя ли у мадам Трегубовой дожидаются? — негромко спросила проститутка.

— А что? — насторожился Хрящ.

— Уж слишком привечают, будь осторожен.

— Спасибо тебе, землячка, — улыбнулся Хрящ.

И, подмигнув, затопал к дому мадам Трегубовой.

Дверь отворилась в тот самый момент, когда Хрящ взошел на крыльцо.

— А вот и питерский, — раздался голос Фомича.

Войдя в комнату, Хрящ увидел шесть человек, сидящих за столом.

В центре стола возвышался штоф с самогонкой. На огромной чугунной сковороде жареная картошка, на большом блюде крупные куски жареной курицы, малосольные огурчики, селедочка…

— Будьте здоровы, — кивнул с порога Хрящ.

— Привет… Здорово… — нестройно поздоровались присутствующие.

Два стула оказались свободными — приготовили для гостей, и Хрящ уверенно сел на один из них.