Круто ты попал!

После достаточно сытного, но всё же не слишком разнообразного академического рациона, к которому он привык за год, при виде невероятного продуктового изобилия Огюст даже слегка растерялся.

Он положил себе на тарелку немного овощей и большой кусок окорока, в очередной раз вспомнив слова Кармайкла о том, что утро нужно начинать с солидной порции мяса. При мыслях о суровом, но справедливом демоне он вздохнул, так как пока плохо представлял себе, как будет существовать на каникулах без ежедневных занятий с ним, с Хайласом, с Родериком.

А Воробей? Огюст настолько привык к неунывающему парнишке, что воспринимал его как неотъемлемую часть своего существования. Неужели год назад он мог стремиться как можно скорее покинуть академию? Глупец! То, что отец отправил его к Теодору Холверту, — это самая большая удача, которая только могла с ним произойти. И какое счастье, что он это понял, точнее, что ему дали возможность это понять.

– Огюст, – вырвал его из размышлений голос отца, – какие у тебя планы на ближайшее время?

– Мне нужно… – Огюст задумался, вдруг сообразив, что не знает, но потом вспомнил, что хотел сделать в первую очередь, – я хотел попросить тебя, отец, чтобы ты поделился со мной одним из специалистов, выход на которого у тебя есть, я точно знаю.

– Тебе нужен ювелир, Огги? – тут же откликнулась леди Стендридж, которая всё ещё никак не могла осознать, что ювелиры её сына интересуют уже гораздо меньше, чем раньше.

Точнее — совсем не интересуют.

– Нет, мне нужен оружейник, причём самый лучший, – ответил Огюст, внимательно глядя на удивлённого лорда Уильяма. – Ты можешь организовать для меня такую встречу?

– А что конкретно тебе нужно? – всё же решил уточнить лорд казначей, в сознании которого его сын никак не сочетался с оружием и оружейниками. – Может быть, в оружейной что-нибудь найдётся подходящее?

– Мне нужно два комплекта вот таких клинков, – с этими словами Огюст снял с пояса специальную перевязь с ножами и протянул отцу.

Лорд Уильям вытащил один клинок, посмотрел на него и поднял изумлённо-недоверчивый взгляд на сына.

– Чьи это ножи, Огюст? – спросил он, осторожно вкладывая вынутый клинок в предназначенное для него гнездо.

– Мои, – с лёгкой улыбкой, которая не имела ничего общего с прежними самодовольными ухмылками, ответил юноша.

– Но это не могут быть твои клинки! – воскликнул лорд Уильям.