Ледяной палач

Они направились к стоянке, где, по всей видимости, оставили свой автомобиль.

«Хорошие люди, – с теплотой в сердце подумал, глядя на эту пару, Лев Иванович. – Сразу видно, что ближе друг друга у них никого нет. Интересно, что случилось с мамой Виты и почему у Виты нет никого, кроме отца и бабушки?» – задался он вопросом, но потом пришел к выводу, что в жизни каждого человека есть свои тайны и эти тайны не для чужих сердец.

«Вот у покойного Проппа тоже была какая-то тайна, чужая тайна, – пришла Льву Ивановичу новая мысль, логически проистекающая из предыдущей.

 – И то, что он знал эту тайну, не давало покоя одному криминальному авторитету по кличке Скульптор. А это значит, что тайна, которую знал дантист, угрожала благополучию авторитета или, может, даже ему самому тюрьмой. Иначе зачем ему было убивать тихого и интеллигентного мужа своей любовницы?»

Лев Иванович вернулся в просторный холл больницы и, пройдя мимо тихо переговаривающихся охранника и вахтерши, направился на третий этаж, чтобы узнать у дежурной сестры, куда поместили Тихорецкую.

– Она в реанимации, – коротко ответила ему дежурная медсестра, которая заполняла какой-то журнал. Гуров не уходил, и она, оторвавшись от работы, со вздохом сказала: – Если вы хотите с ней поговорить, то напрасно ждете. К ней сейчас никого нельзя пускать. Она в очень тяжелом состоянии, и когда к ней можно будет войти, я даже и не знаю. У лечащего врача нужно разрешение брать. Да и под наркозом она еще. Какие же тут разговоры?

Лев Иванович, не зная, как ему сейчас быть, отошел от стола сестры и сел на стул, думая дождаться вестей хотя бы от Станислава и потом уже решить, что делать дальше.

К Антонине Антоновне ему сейчас ехать не хотелось. Что он там будет делать один? А еще Гуров боялся напугать пожилую женщину, сказав ей, что Крячко ранен. Кто знает, как поведет себя старушка, вдруг сразу же начнет звонить Наталье? Жене друга Гуров решил позвонить сам, но чуть позже. Словно читая его мысли, медсестра посмотрела на него и сказала:

– Да вы не переживайте, друга вашего сейчас прооперируют.

Доктор Павличев сказал, что ранение не очень серьезное и через месяц ваш коллега начнет бегать как раньше. Может, вы отдохнуть хотите? – она встала из-за стола. – Пойдемте со мной.

Лев Иванович покорно встал и, не спрашивая куда, пошел следом за дежурной, которая привела его в одну из палат на два койко-места.

– Эта палата для платных пациентов. Сегодня в ней никого нет, поэтому можете выбирать любую кровать и отдыхать.