Когда мы выходим на балкон, другие гости его спешно покидают, а лакеи закрывают полупрозрачные стеклянные двери. Реиган грубо отталкивает меня от себя к перилам, и я едва не перевешиваюсь через них в бездну садового мрака.
– Проклятье! – мужская рука хватает меня за шкирку.
Реиган разворачивает меня, пылая гневом. Ударит? Кажется – да.
Но его взгляд остывает и блуждает по моему лицу. Наконец, принц сжимает мои щеки пальцами, фиксируя голову. Я цепляюсь за ткань его камзола, чтобы устоять на ногах.
– Мне плохо. Я же… сказала… не умею… – и с хрипами дышу.
Он убирает с моих сухих губ пряди волос, которые растрепал вечерний ветер.
– Не дергайся, – и вдруг просовывает два пальца в мое декольте, дергает, ослабляя шнуровку, – легче?
– Сейчас… – не пойму, помогает ли это. – Кто, вообще… придумал эти корсеты?.. Идиоты.
Реиган обхватывает меня за талию и сажает на перила. Резко сминает пышную юбку, становясь рядом, придерживает рукой, чтобы я не упала.
Но я не доверяю – цепляюсь за его камзол и с тревогой смотрю в его глаза. А он усмехается – смешно ему.
– Боишься, Анна?
Наши лица сейчас на одном уровне и близко. И мы рассматриваем друг друга, словно на секунду старая вражда забыта.
– Конечно, боюсь.
– Не зря, – Реиган цепляет пальцами мой подбородок, впервые касаясь меня больше, чем того требуют обстоятельства.
Это так по-мужски, что я сперва теряюсь.
Он внимательно смотрит в мои глаза, будто находя там что-то другое, ранее незнакомое.
– Ты изменилась, Анна."
"– Полгода прошло, – прохладный свежий воздух быстро приводит меня в чувства, но голова все еще кружится. – Конечно, изменилась.
Реиган красивый мужчина, это правда. В нем есть что-то магнетическое. В этих синих глазах напротив.
– Ты стала еще более изощренной сукой, – и он резко стаскивает меня с перил, ставит перед собой.
– Только попробуй выкинуть еще что-нибудь, принцесса.
***
Бал в самом разгаре – гости смеются, пары танцуют, а лицо Реигана все такое же кислое.
Да-да, он возвращает меня в зал, и я оказываюсь окружена фрейлинами. А сам уходит подальше, чтобы отвязаться, наконец. Ему привычнее в компании его соратников, вроде Алана, которые тотчас его встречают и сопровождают в дальний зал.
Я обреченно вздыхаю – меня мутит от усталости.
