Он впервые заговорил о том, что я звонил его брату.
– Ты знаешь, где он сейчас?
– Прости, что из-за меня у тебя ощущение, что ты не знаешь, что делать, – говорит он несчастно.
– Не извиняйся больше. – Зачем? Я же знаю, что он не нарочно.
– Еще один раз, – говорит он. Морщась, приподнимается и крепко обнимает меня. Но прощения больше не просит.
В коридоре меня ждет Диана.
– Все хорошо? – спрашивает она с мягкой улыбкой. – Я отвезу тебя домой.
У меня не придумывается ответ. Я не собираюсь куда бы то ни было уезжать.
Я вспоминаю о Майло, и чувство вины из-за того, что по моей вине он лишился дома, слишком велико, чтобы на нем сфокусироваться.
– Бенджамин приезжает. Я должен остаться, – говорю я.
– Я привезу тебя обратно первым делом с утра. Тебе нужно отдохнуть, Данни.
Диана всегда была очень добра ко мне.
– Что ты делаешь? – Вопрос не тот, что мне хотелось задать, но в то же время точно передает, что я имею в виду. Хотя я не уверен, что его смысл ей понятен.
– То, что должна была сделать давным-давно, – отвечает она, и мне кажется, что она испытывает такую же неуверенность, как и я. – Как Мики?
– Лучше. Они еще делают тесты. – Я не знаю, какие. – Бенджамин скоро приедет. Я его подожду, – повторяю я.
Я отворачиваюсь, показывая тем самым, что разговор завершен, но она, по-видимому, не желая понимать послание, берет меня за руку.
– Не надо, – громко говорю я и, отдернув руку, успеваю увидеть на ее лице боль. Я не хочу обижать ее.
Я ухожу дальше по коридору с такой решительностью, точно знаю, куда иду, и надеюсь, что она не сильно обиделась и не станет меня догонять.
Некоторое время спустя я добираюсь до отделения Мики. Я не соврал Диане о Бенджамине, но когда он приедет, ему, наверное, вряд ли разрешат увидеться с Мики до завтрашнего утра.
А вот медсестер я обманул. Я сказал им, что Мики мой брат.
