Люби меня по-немецки

Каждая преследовала свою цель: мама смотрела на красивого парня и мысленно прикидывала, на кого же будет похож наш первенец, сестричка же, выпив три бокала вина, уже недвусмысленно намекала "моему жениху", что не прочь показать ему свои картины, курсовую по юридическому праву и сиськи.

Решив, что моральным обликом сестры я займусь чуть позже, погружаюсь в собственные мысли и ощущения от происходящего.

Я понимаю, что то, что я обвожу сейчас свою семью вокруг пальца — это омерзительно, и после того, как откроется правда, смотреть на меня они будут не иначе как на сумасшедшую лгунью, но не могу не признать того факта, что ощущаю я себя абсолютно комфортно.

Ганс очень мил, он остроумно шутит, виртуозно обходит темы, способные раскусить наш маленький обман и тактично динамит поползновения Вики, открыто намекая той, что штурм на его ширинку отменяется.

Мне приятно, что он всем нравится и я испытываю даже что-то похожее на гордость, но когда взгляд натыкается на явно недовольного отца, сразу же опускаюсь с небес на землю.

Кажется, сегодняшняя встреча ещё больше убедила его, что Олег мне не подходит и я совершаю большую ошибку, связывая свою жизнь с этим клоуном (ведь именно это он прошептал дяде Яше, думая, что я не слышу?)

— Олег, а какое учебное заведение вы закончили? — неожиданно спрашивает папа, рассматривая Курта так пристально, словно препарирует того на хирургическом столе.

— Он закончил… — пытаюсь вмешаться и спасти положение, но отец обрывает меня строгим взглядом из-под кустистых бровей.

— Он сам способен за себя ответить, Ульяна. Уж что-что, а поговорить он любит.

— Конечно, дорогая, не мешай двум самцам делить территорию, — неуместно выпуливает Курт и я вжимаюсь в стул.

А как всё хорошо начиналось.

— Так где вы учились? — повторяет папа, намеренно игнорируя шпильку.

— Я учился в Кембридже, юридический факультет. Лекции у нас вёл профессор Джонсон, — бегло отвечает Курт, накалывая на вилку разварившееся соцветие брокколи.

— А Ульяна упоминала Оксфорд, — выстреливает отец, и я понимаю, что вот он — провал.

— Ну да, и там тоже. Чуть-чуть там, чуть-чуть здесь. В жизни же нужно всё попробовать, верно? — как ни в чём не бывало врёт Курт, и я ощущаю, как мои щёки сливаются с цветом наливки.

Отец хмурится, безошибочно угадывая ложь, и решает меня добить:

— Так откуда у коренного россиянина, который долго жил в Англии — немецкий акцент?

— Мой прадед был ценителем необычной красоты немецких женщин, а ещё эти слухи об их пылком темпераменте.