К тому же, его супружеская жизнь сейчас едва ли напоминает сказку. Честно говоря, я вообще слабо представляю, как он и Вероника смогли так запросто сойтись после той откровенной сцены в офисе. Одно дело знать, и совсем другое — увидеть собственными глазами.
Два дня дома проходят абсолютно бесцветно. Я лежу в кровати, ем в кровати, в кровати смотрю сериал. Выходить не хочется, разговаривать с кем-то тоже. Мысленно я даю себе срок до конца недели, чтобы начать ходить по собеседованиям. А то так и зубы на полку сложить недолго.
А в среду утром просыпаюсь от настойчивого звонка в дверь. Выбравшись из кровати и едва не ударившись лбом в стену от внезапного головокружения, я иду открывать. Наверняка, курьерская служба принесла заказанные неделю назад витамины.
На ходу завязывая пояс банного халата, я поворачиваю замок и буквально отлетаю в сторону, сбитая влетевшим в прихожую телом."
"Растерянно моргая, я смотрю на женщину, уверенно марширующую в мою гостиную. Расслабленный от сна мозг начинает интенсивно работать, складывая имеющиеся факты.
Русые волосы, невысокий рост…
— Знаешь, кто я такая? — громко, с выраженным желанием поскандалить, объявляет посетительница.
— Догадываюсь, — киваю я. — Вы Вероника.
Плюхнувшись на мой диван и закинув ногу на ногу, она оглядывает меня снизу вверх и брезгливо резюмирует:
— Да ты же уродина.
Мне даже не становится обидно. Посмотрела бы я на нее после трех недель болезни и двух дней непрерывного лежания в кровати. А вот Вероника к нашей встрече, в отличие от меня, подготовилась.
Волосы уложены, на заостренном лице — броский макияж. Выглядит она гораздо лучше, чем когда приезжала в офис.
— Что вам нужно? Уйдите.
— Тебе не стыдно спать с чужим мужем? — все с тем же воинственным задором рявкает она. — Шлюха.
— Я поначалу даже не знала, что ваш муж женат, — устало вздыхаю я. — Так что переадресуйте свой вопрос ему.
— Я спрашиваю, тебе не стыдно? — проигнорировав мое предложение, продолжает настаивать Вероника.
Мне не страшно, не любопытно, не стыдно, а почему-то невозможно смешно от мысли, что в своем возрасте я стала участницей подобных разборок. И хотя психологический портрет Вероники в моей голове имелся, ее сегодняшний образ уличной гопницы становится сюрпризом. Нет уверенности, что подойди я поближе, она бы на меня не бросилась.
— Ваш муж у меня в черном списке. У нас с ним все закончено. Теперь покиньте мою квартиру, пока я не вызвала полицию.
