Мне душу рвет чужая боль

И, метнув молнию в сторону своих подчиненных, гневно заорал:

Если бы не Круча, все бы так и остались сидеть. Но Степан не захотел обострять ситуацию. Поднялся он медленно, с достоинством, окатив полковника презрительным взглядом. И от комментария не удержался:

– Бей своих, чтобы чужие боялись… И не надо кричать, товарищ полковник. Здесь глухих нет…

Сафрон собрался уходить, даже повернулся к полковнику спиной. Но вдруг остановился, повернулся к нему и, предрекая, сказал:

– Не-а, не будет у тебя каши, полковник.

Жижа будет, а жижей захлебнуться можно…

– Вас, гражданин Сафронов, не спрашивают! – рыкнул ему вслед Одинцов.

И снова переключился на Кручу.

– Каков поп, таков приход! – выдал он.

– Это вы о чем? – окатил его насмешливым взглядом Степан.

– Развели здесь анархию!

– Это не анархия, – покачал головой Круча. – Это организованная преступность.

– Вот я и говорю, что развели!.. Ничего, я наведу здесь порядок!

– Неплохо начали, товарищ полковник. Агентов уже вербовать начали.

Сколько у вас уже стукачей, один-два?

– Не стукачей, а ответственных работников, которым не безразлична честь мундира… Почему вы в гражданке?

– Ну, вообще-то, я в отпуске…

– А вы, товарищ майор? – обращаясь к Кулику, спросил Одинцов.

– Так я это, рапорт написал, на понижение. Старшим оперуполномоченным к товарищу подполковнику пойду.

– И я рапорт написал, – сказал Савельев. – Чтобы как раньше, подполковник Круча – начальник уголовного розыска, а мне с ним и в операх неплохо…

– А вы разве мой рапорт не читали? – удивленно спросил Лозовой.

 – Тоже простым оперативником хочу быть. Родине служить и уголовному розыску. А что, нельзя?

– Это что, протест? – раздувая щеки, грозно спросил Одинцов.

– Нет, оперативная необходимость, – покачал головой Комов. – Преступность в городе распоясалась. Стреляют, убивают. Надо эти авгиевы конюшни расчищать…

– Нет, майор Комов. Но могу и за Геракла, если подполковник Круча скажет…

– Ладно, пусть будет по-вашему! – недобро улыбнулся Одинцов.

 – Для начала – всем по служебному несоответствию. И всех в уголовный розыск, операми!

– Тогда я завтра из отпуска выхожу, хорошо? – насмешливо спросил Круча.

– И завтра со всем этим… Со всеми этими… С вашими подчиненными – ко мне!..

Не в силах сдержать ярость, полковник вышел из беседки и направился к своей машине.

– Я вам еще покажу! – донеслось издалека.

– Не надо нам ничего показывать, – угрюмо усмехнулся Лозовой.