Что это? Угроза? Или проснулась мужская гордость? Север разворачивается ко мне и подходит ближе, правда его хватает всего на пару шагов. Я вжимаюсь в спинку кресла и он тормозит, а по его красивому лицу проходит темная судорога.
— Да, я убивал, — Север вколачивает слова в застывший воздух как гвозди. — Я никогда не делал этого без веской причины и не трогал случайных людей, но я много лет жил в мире, где либо ты, либо тебя.
— Ясно, — киваю и нервно сглатываю.
А что мне еще говорить? Жизнь не подготовила меня к удивительному моменту, когда после первого секса с мужчиной, он вдруг признается, что любит нажимать на курок.
— Не подходи, — я взмахиваю ладонью, когда замечаю, что Север снова двинулся в мою сторону. — Не нужно…
— Юля, мы это уже проходили. Я не представляю для тебя никакой угрозы.
— Представляешь!
— Да? И что же я тебе сделаю?
Сукин сын подходит вплотную и наклоняется ко мне. Наши взгляды пересекаются, обдавая друг друга огненными всполохами, и мне становится нестерпимо жарко за одно мгновение, как будто пошел поток из автомобильной печки.
Я чувствую, что щеки пылают, а дыхание как пунктир — прерывистое и нервное. Север же напоминает скалу, навис надо мной и давит фактурной породой, об которую можно поранить пальцы.
— Отойди от меня, — говорю предельно ровным голосом, изображая спокойствие.
Но Север не слышит меня, он кладет ладони на мои хрупкие плечи и вытягивает меня в полный рост перед собой."
"— Так что я сделаю тебе, Юля? — произносит он почти по слогам. — Чего ты ждешь от меня в худшем случае?
Он что-то замышляет, чего-то добивается… Прямо в эту секунду.
Но разум проигрывает простым рефлексам, и я бью его по груди, чтобы он освободил проход. Я кривлюсь, потому что делаю больно себе, а не ему. Черт, он правда из камня! Он даже не повел бровью, а у меня пальцы ноют так, словно я приложилась об бетонную стенку.
— Ты не боишься меня, — он качает головой. — Ты бы вела себя совсем по-другому, если бы боялась меня.
— Ты будешь читать мне лекции? Расскажешь, как я должна себя вести? Отлично, Север, отлично, — я снова бью его по корпусу и снова кривлюсь, потому что снова больно.
— Да чтоб тебя! Какого черта, ты не даешь мне пройти?!
— Такого черта, что ты останешься в номере.
— Что?
— Ты не можешь уйти. Как ты себе это представляешь? Влезла в душу, влюбила, а теперь хочешь свалить? Нет, так не получится.
Я замираю на месте и не понимаю, что он несет. О чем он вообще? И больше всего меня путает его взгляд, который вдруг теплеет.
