— Что ты сейчас сказал? — я запрокидываю голову, чтобы получше рассмотреть его зеленые глаза.
— Что у нас самолет завтра.
— Нет, другое.
Он усмехается.
— Я влюблен в тебя, Юля. Я думал, это очевидно.
Мне было очевидно, что он хочет меня. А я никогда не считала, что для мужчин это одно и то же. Влечение и секс почти как стихия для молодого самца и окунуться в нее очень легко, если быть хоть чуточку привлекательной. А вот со стихией чувств и взаимности у тех же самцов намного сложнее, чтобы пробраться через психозащиты, которые только копятся с годами, нужно сыграть с их холостяцкой привычкой в ожесточенную игру на выбывание.
Хотя в нашем случае я чувствую себя холостяком.
— Ты влюблен в меня?
Мне хочется откашляться, но это будет уж совсем странно выглядеть.
— Навылет, — он подшучивает и тянет ладони к моему лицу, поглаживает мои скулы и словно подсказывает, как мне успокоиться и найти ровный ритм сердцебиения. — Вот так, а то я уже поверил, что ты расцарапаешь мне в лицо. Ты очень страшна в гневе.
..
— А что еще за самолет завтра?
— Выбери страну.
— Не шути так.
— Я не шучу, — Север коротко качает головой и обаятельно улыбается, закусывая нижнюю губу.
— Иран.
— Ты хорошо подумала? Я знаю страну поинтереснее на букву “и”. Например, Италия.
— Испания, — я проигрываю красивым картинкам, которые приходят на ум при упоминании буйной и страстной страны. — У меня все равно чувство, что я ввязалась в корриду.
Глава 16
Мы остаемся на ночь в отеле. Север предлагает ни о чем не переживать заранее и показывает удивительную способность переключаться.
Я всегда считала таких людей инопланетянами — они умеют отодвигать проблему в дальний ящик, если не в силах повлиять на нее или приступят к ее решению позже. Я же могу поседеть, пока наступит магическое “позже”.
Я все равно начинаю сомневаться, что могу так круто и вдруг изменить свою жизнь. Особенно, когда остаюсь одна. Север выходит, чтобы опустошить автомат у главных дверей отеля, а я хожу по небольшому номеру из угла в угол и пытаюсь найти благоразумие.
К счастью, он не задерживается и приходит с целой охапкой снеков в блестящих упаковках.
— С тобой я буду “прекрасно” питаться, — я вытаскиваю из его рук первую попавшуюся упаковку и это оказывается соломка со вкусом сыра. — А ты умеешь ухаживать, Север.
— Я всегда так проверяю девушек. Вдруг они со мной только из-за денег.
— Надеешься, что из-за гастрита?
Север бросает упаковки на кровать и включает телек.
