Услышав звук проворачивающегося в замке ключа, я обернулась и сделала нетвёрдый шаг к постели. Но не дошла — так и упала, словно подкошенная, посреди комнаты на колени. Зажала рот ладонью и почти беззвучно заплакала.
Грудь болела, между ног всё ещё чувствовала чужие пальцы, грубые отвратительные прикосновения, тело казалось грязным и липким. Больше всего на свете я хотела встать под горячую воду и смыть с себя всю эту мерзость, но для этого надо было вначале просто встать. А встать в данный момент было выше моих сил.
Ещё несколько часов назад эта комната казалась мне тюрьмой, теперь же я молилась о том, чтобы дверь оставалась запертой. Не вытирая слёз, глянула в сторону выхода, словно хотела убедиться, что я в безопасности. Подтянула к себе согнутые в коленях ноги и, уткнувшись в них лбом, снова всхлипнула. Разве это жизнь?! Вот так, в постоянном страхе? С пониманием, что за любой твой проступок последует наказание? Что ты — бесправное существо, предназначение которого лишь в том, чтобы ублажать собственного хозяина?
Нет.
Я не хочу так, не смогу! Лучше взять и разом прекратить это. Кое-как я встала с пола и, пошатываясь, прошла в ванную. Осмотрелась по сторонам, лихорадочно ища что-нибудь, что можно было бы использовать как… Что могло бы прекратить всё это. Взгляд наткнулся на белый шёлковый халат. Если взять поясок и привязать к чему-нибудь…
Вынув пояс из петелек, сжала его в кулаке и почти тут же отбросила на пол. Снова закрыла рот ладонью и зарыдала. Нет! Я хочу жить, я люблю жизнь. Почему я должна вот так?! Почему?! Плечи судорожно затряслись, и я, сама не зная зачем, помотала головой.
Нет!
Дошла до ванной и как была — в платье, залезла внутрь. Включила воду и только потом принялась раздеваться. Платье липло к телу, а мне казалось, что это и не платье вовсе, а вся та мерзость, что я пережила. Я будто бы снова чувствовала прикосновения похотливых мужских рук, грубые пальцы, настырные губы, и это доводило меня до исступления, до истерики.
Кое-как раздевшись, я вновь подтянула ноги к груди и уткнулась в коленки.
Шумно выдохнула. Из-за ранок стопы сильно щипало, и это было, наверное, тем единственным, что удерживало меня в реальности, не давало рассудку затуманиться. Я хочу жить. Хочу жить. Только… Потихоньку заскулив, прикусила кожу на колене. Не думать, не вспоминать. Просто забыть этот день, словно и не было его никогда. Словно всё, что произошло после моего побега — далёкий ночной кошмар. Забыть. И не делать больше опрометчивых поступков.
