Назови меня своей

Обхватила свою грудь, чуть сжала, вспоминая, что с ней делали вампиры, и от чего моё сознание улетало за горизонт, а желание зашкаливало. Облизнула совершенно сухие губы, прерывисто дыша, и осторожно прикоснулась большими пальцами к болезненно напряжённым соскам, нетерпеливо пульсировавшим в ожидании ласки. Едва подушечки дотронулись до зудящих твёрдых шариков, меня прострелила молния удовольствия, и вырвался судорожный вздох, а мышцы внутри напряглись, двигая шарики. О-о-о… Всё вместе переплелось в искрящий комок ощущений, опутавших тело с ног до головы, и уже стало не до того, смотрит кто-то на меня или нет, прилично ли то, что делаю, или совершенно непристойно.

Я хотела этого, Господи, хотела, чтобы мне было хорошо.

Мои пальцы уже увереннее погладили вызывающе торчащие вершинки, порозовевшие, похожие на крупные ягоды смородины, которые так и хотелось накрыть ртом… Жаль, я не смогу этого сделать, но знаю, кто может — чуть позже. Пока же, прикусив губу, уставившись невидящим взглядом мимо Мартина, я медленно погружалась в сладкий туман наслаждения, поглаживая, мягко пощипывая, лаская тугие горошины.

Дыхание учащалось, а тело, охваченное жаркой негой, послушно и совершенно бесстыдно изгибалось, будто в нём не осталось ни единой целой кости. Безумно хотелось, чтобы кто-то продолжил моё дело, потому что внизу уже всё горело, а у меня всего одна пара рук, и она сейчас занята. Мелькнула мысль попросить — всё равно тот тонкий налёт смущения и замешательства, что ещё оставался, уже давно растаял под натиском совсем других эмоций. Куда более желанных и глубоких, жарких и голодных, жаждущих удовлетворения.

Я забылась настолько, лаская свою ставшую слишком чувствительной грудь, что едва не забыла о приказе не закрывать глаза. Голова сама откинулась назад, ресницы опустились, но вернул с небес на землю негромкий, чуть хриплый голос лорда Мартина, сказавший всего одно слово:

Дыхание перехватило, я замерла, и по разгорячённому телу прокатилась прохладная волна.

Мой взгляд остановился на старшем вампире, наблюдавшем за мной с явным удовольствием, и увидев, что я пришла немного в себя, произнёс следующее приказание:

Прохладные ладони лорда Валентина чуть нажали на мои бёдра, удерживая от порыва сдвинуть колени, а его губы проложили цепочку быстрых, лёгких поцелуев вдоль изгиба шеи, и внутри родился тихий стон, который я успела проглотить.