Виктор кивнул и продолжил говорить:"
"— Тогда представь себе такую ситуацию, Ириш. Твой герой… Его можно назвать счастливым человеком. О подобной жизни, какая была у него, мечтают многие. Любимая работа, ещё и хорошо оплачиваемая, здоровье, двое прекрасных детей, обожаемая жена, с которой они вместе со студенческих лет…
— Трое. Детей будет трое.
— Хорошо, пусть трое. Это не так уж и важно сколько. Важна суть, а по сути получается, что твоему герою всё доставалось на блюдечке с голубой каёмочкой. Без перегибов, конечно, — он и сам молодец, но, где бы он был, если бы не родители с их покровительством? Где бы он был, если бы не жена, которая всю жизнь создавала ему комфортную «погоду в доме», зачастую в ущерб себе? Он этого даже не замечал — и не потому, что форменный мерзавец, а потому, что так всегда и бывает в жизни.
Мы не замечаем чужих усилий и того, что нам легко достаётся, и не ценим это в достаточной мере и степени.
— Значит… — Ира запнулась, вздохнула, — …он не ценил?
— Не ценил, — подтвердил Виктор тихо, но твёрдо и кивнул.
— Есть такая фраза, Ириш, — «принимать как должное». Он просто принимал это как само собой разумеющееся. И оттого, что мир вокруг него был крепок и комфортен, появилось ощущение, что так будет всегда. Что бы он ни сделал, что бы ни начудил — так будет всегда, и всё тут! Ничто не способно изменить обстоятельства — так ему казалось. И это — отличная почва для взращивания махрового эгоизма, Ириш. У твоего героя всё было в лучшем виде, причём без особых усилий с его стороны.
И он получал то, что хотел, не зная отказа. Да и не умел он отказывать самому себе. Не умел. Не научился.
Виктор замолчал, потянувшись к журнальному столику за салфетками. Вытер вспотевший от напряжения лоб…
Да, как же это всё-таки сложно — быть честным с самим собой. Ещё сложнее, чем с окружающими… Так и хочется соврать, приукрасить, оправдаться — чтобы в собственных глазах выглядеть не настолько тошнотворно. В конце концов, он же никого не убил!
Но — нет. Не работает это подобным образом.
Хочешь покаяться и получить прощение? Тогда открой глаза. Открой!
— И что же было дальше? — негромко спросила Ира, и Виктор даже вздрогнул от неожиданности — так ушёл в себя, вспоминая прошлое.
— Дальше… Дальше на его работе появилась девушка, которая делала вид, что влюбилась. И твой герой, как типичный эгоист, повёлся на её ахи-вздохи — потому что ему было приятно чужое восхищение, особенно — восхищение такой молодой и красивой девушки.
