Собственные ногти с силой впиваются в ладонь, всё, что угодно, лишь бы опять не разреветься.
-А потом?
-Потом…. Знаешь, вы с папой очень похожи. Оба морозиться начинаете, он тоже замыкается, когда ему про тебя говоришь и… наоборот.
-Не повезло тебе с родителями, - грустно усмехаюсь я.
-Да, нет. Нормально. Я вроде как не жалуюсь… Просто. Просто может быть стоит ему уже про Кроша сказать?
-Он уже сам всё понял, - еле выговариваю я, чувствуя, как собственный язык меня подводит.
-И что?
-Не знаю.
Дочь с недоверием смотрит на меня.
-Ань, правда, не знаю. Мы…
-Поругались?
Растягиваю губы в подобии улыбки. Всё-таки у меня очень догадливый ребёнок.
-Скорее да, чем нет.
-Наверное, это к лучшему…
Молчу. Потому что не знаю и боюсь своего же незнания и отсутствия всякой возможности предугадать события.
-Знаешь, мне кажется, что он захочет быть его папой.
Задумчиво киваю головой, не в состоянии никак это прокомментировать.
-Обязательно захочет, - продолжает Анютка. И я слышу в её голосе… надежду.
При чём надежду не только насчёт Кроша, но и всего остального тоже.
Хочется закрыть глаза и потрясти головой. Нет, дочь, нет. У меня с Сергеем все мосты сожжены. Но я так не делаю.
-И ты не будешь ревновать? – спрашиваю я хоть что-нибудь.
-Нет. Я же уже взрослая… А Крошу… Ему папа нужен.
Сглатываю. Болезненно. На какой-то миг, мне кажется, что во мне застрял тяжёлый ком и сейчас, я просто-напросто задохнусь. Но не случается. Я всё ещё здесь. И всё ещё дышу.
-И в кого ты у меня такая умная? – из последних сил выдавливаю я улыбку.
Она фыркает.
-В вас?
-Нет, Анют, мы с твоим папой очень глупые, как оказывается…
-Это вы по отдельности глупые. А когда вместе были… Ничего так получалось, - пытается шутить. Но надежду в её голосе уже не скрыть ничем. А у меня не хватает смелости, сказать правду. Что между мной и Сергеем… Чёрная дыра, и никак нам её не преодолеть.
Глажу её по голове, перебирая спутавшиеся пряди волос, не замечая того, как Аня всё-таки засыпает.
Ложусь я спать давно за полночь.
Завтра в ночь. А мне не по себе. Ото всего. Мой упорядоченный чёткий мир рухнул в одночасье, стоило Измайлову пересечь черту этого города. Или же нет… И я просто запустила… себя, детей жизнь. Я так надеялась на свою самостоятельность. Нравилось считать, что мы втроём нерушимая константа… которой всё под силу.
