Даррен прохладно улыбнулся:
— Как надзиратель, присланный из Столицы, я имею право обязать Юджина снять рубашку. Прямо сейчас. И ты это знаешь. Если будет оказано сопротивление – я вправе отправить его в Столицу. К дознавателям. И от них уже никто и ничего не сможет скрыть. Выбор за тобой.
Глава 40
Понимая, что его загнали в угол, глава Эберли метнул на сына яростный взгляд:
— Раздевайся.
Одновременно с этим на небе полыхнуло, и после раскатистого грома на землю упали первые тяжелые капли дождя.
Юджин покраснел, но вовсе не от смущения. Он злился. Настолько, что руки тряслись, когда пытался справиться с пуговицами на аккуратном камзоле. Справился. Следом распахнул рубашку, оголяя гладкую грудь. Ни отметины.
— Видели, — торжествующе воскликнул Эберли, — нет ничего.
Хорошая попытка, но увы…"
"— Он не ту сторону показывает, — спокойно возразила я, — рана слева.
Юджен покраснел еще сильнее и замер, не торопясь показывать вторую часть.
— Я не понимаю, почему должен…
— Показывай уже давай! — выкрикнул мужской голос из толпы, — как девица не целованная мнется.
Парень возмущенно обернулся к отцу, но тот лишь коротко приказал:
— Показывай.
Медленно, словно через силу Юджин сдвинул край рубахи, обнажая левую часть груди. Чуть выше соска красовалась повязка, на которой выступали капли крови.
— Снимай!
Делать нечего. Пришлось подчиниться. Вне себя от возмущения он сдернул бинты, и все увидели след от укуса.
— Это собака, — буркнул Юджин.
— Что мы, по-вашему, совсем дураки? Человеческий это укус! — староста обличающе указал на него пальцем, — правду девчонка сказала!
Тут же поднялась волна яростных криков:
— Мерзавец!
— Наказать его!
— Совсем совесть потерял!
Под яростным напором толпы Юджин совсем стушевался. Схлестнул края рубашки и что-то невнятно бормотал.
Даррен, до этого молча наблюдавший за происходящим, поднял руку, призывая к тишине, и люди тут же замолчали.
— Что скажете, глава Эберли?
Отец опозоренного недотепы уже взял себя в руки и с тяжким вздохом произнес:
— Не досмотрел я.
Заверяю, что несмотря на родственные связи, будет проведено расследование. И виновные понесут наказание, — после этого он тронул поводья, разворачивая жеребца в обратный путь, — за мной!
И уехал, увозя с собой прихвостня-сына и городских стражников.
— Помог называется, — фыркнула хозяйка приюта, — пустомеля.
Дождь уж разошелся в полную силу.
