— Это правда? — я повернулась на мадам Беатрис, сама же рванула в сторону умывальника и принялась мыть руки. — То, что кричат в коридоре.
— Правда. Вот цена победы. И нет гарантии, что все не повторится, — она покачала головой, устало потерла переносицу. — Два генерала и наследный принц при смерти. Что с нами будет? Армия обезглавлена, корона… младший принц только если возьмет тяготы заботы о народе на себя…. Но
— Но? — я повернулась, уже надела на себя белоснежный халат и побежала за перевязочным материалом, восстанавливающими и заживляющими мазями.
— Не наше это дело! — отмахнулась целительница. — Наша задача — поднять их на ноги.
И все… дальше начался мой персональный ад. Я лечила Ройберга. Вытаскивала его с того света. Но сосредоточиться было трудно как никогда. Мое сердце было там, с другим генералом. Моим.
Все забылось.
Его решение.
Его поведение.
Все.
Потому что на кону стояла его жизнь.
Я могла его ненавидеть. Но не посмертно."
"Я оторвала руки от груди Ройберга, вливая силу, но понимала, что с его зверем что-то не так.
Он не слушался, не принимал магию. Не хотел жить, хотел крови, был взбудоражен. Пришлось насильно отключить его настоями и заклинаниями, практически спеленать, и только тогда тело Ройберга начало постепенно принимать целительскую магию.
Над принцем работала сама мадам Беатрис. Над моим Торвальдом кружил еще один мэтр целительского дела.
Но раны его были страшными и глубокими, и с ним было что-то не так.
Я даже отсюда чувствовала эти изменения с ним.
— Мэтр Дан, могу я помочь вам?
— А что с генералом Ройбергом?
— Перевязать его могут и другие, — упрямо вздернула подбородок.
Мужчина устало вытер испарину со лба.
— Давай. От помощи не откажусь. Пуст почти.
Я передала генерала Ройберга на поруки целительницам с младших курсов, которые занимались перевязками.
Сама же, обмыв руки, поспешила к дракону.
Заступила на место мэтра. Тот встал за моим плечом, а потом и вовсе рухнул на деревянный стул от усталости и истощения. А потом, кажется, отключился.
За шторкой остались только мы.
Я и мой бывший дракон.
Я дотронулась до шеи Торвальда. Призвала магическое зрение.
И снова странность.
Аура была поражена.
Дракон внутри боролся с чем-то, но с чем — непонятно. Я применила магию, направляя на исцеление, но доходили лишь крупицы. Стиснула зубы.
— Ну же, Тор, борись. Мне ведь надо кого-то ненавидеть. Так лучше живого, чем мертвого.
Я стала делать то же самое, что и с Ройбергом. Пыталась усыпить его дракона.
