Невыносимый

Слышишь? Не надо так больше. Все хорошо, – доносится сбоку дрожащим голосом от Таи.

Кто ее сюда, бл*дь, пустил вообще?!

Хрупкая ладошка касается моего запястья, привнося новые краски в мир, залитый красным. Бледная. В самом деле дрожит. Смотрит на меня, словно затравленная лань. Заставляя представлять на месте этих двоих слабоумных ублюдков себя самого. В ее глазах я тоже чудовище. Тот, кто сломает, на кусочки разорвет, сожрет и не подавится. Не сказать, что безосновательно она меня опасается. Но если прежде меня все устраивало, то теперь… Х*р его знает, почему, но часть меня отказывается мириться с этим.

Несмотря на то, что другая часть меня же в самом деле не просто готова сломать, разорвать, сожрать, но и жаждет этого ничуть не меньше, нежели всего остального.

Чтоб не смотрела так.

И чтоб не ждала и не надеялась, когда я стану лучше.

Просто потому, что не стану.

Них*ра я не такой, каким она меня желает и пытается видеть.

Я – то самое зло, что даже хуже всех остальных.

Те двое – паршивый, но проходящий эпизод в ее жизни.

От меня х*р избавишься.

Создает очередную войну в моей голове.

Всю ее перепачкал. Фарфоровая кожа обагряется красными разводами, стоит коснуться. Как отражение всех ее надежд на лучшее во мне, которые я обязательно испорчу. Тонкая шея, скулы, платье, стоимостью с квартиру. Похрен. Кажется, не только мне. Ей тоже все равно. Не целую. Жадно выпиваю. Забираю ее воздух. Впиваюсь в пухлые губы до боли. Чтоб помнила, с кем имеет дело. Хотя это совсем не так срабатывает.

Девчонка, наоборот, забывается. Настолько, что ловлю ртом ее тихий стон, прежде чем поднимаю и уношу из зала. Раз уж все равно помешала и придется на время отложить финал своей расправы.

На улице холодно. Тая снова дрожит. Усаживаю ее в машину, включаю обогрев. За руль сам сажусь, хоть и не моя машина. Эту обычно Семен водит. Свою я оставляю слишком далеко от выхода, и сейчас совсем не хочется возиться еще и с этим. Остальное остается тоже на охране. Им разжевывать не надо.

И сами знают.

– Рассказывай. Все то, что ты сказала Василисе. По порядку. Подробно. С самого начала. Я хочу все знать. Даже самую незначительную мелочь, – озвучиваю, прежде чем тронуть машину с места.

Только что расслабленная, она снова тут же напрягается. На меня вовсе не смотрит больше. К окну отворачивается.

– Нечего рассказывать, – отвечает негромко мрачным голосом. – К тому же, ты там был, все своими глазами видел.

Последнее сказано с язвительными нотками.