Незнакомец в зеркале

Она постоянно находила предлоги, чтобы не заходить в его комнату. Вид этой омерзительной ухмыляющейся маски внушал Джилл отвращение. Когда она все же заставляла себя подойти к мужу, даже сиделки замечали в нем немедленную перемену. Тоби лежал неподвижно, бессильный, заключенный в клетку парализованного тела. Но в тот момент, когда Джилл появлялась в комнате, его ярко-голубые глаза загорались оживлением. Она могла читать мысли Тоби так же отчетливо, как если бы он говорил вслух:

– Не позволяй мне умереть.

Джилл стояла, глядя на искалеченного мужа, и думала:

«Не могу я ничем помочь. Ты и сам не пожелаешь жить таким. Захочешь умереть».

Настойчивая мысль начала расти в мозгу Джилл. Газеты были полны историй о неизлечимых больных, мучениках, чьи жены из жалости освобождали их от страданий. Даже некоторые доктора порой признавались, что помогали умереть подобным пациентам. Это называлось эвтаназией – убийством из милосердия. Но Джилл понимала, что убийство всегда остается убийством, хотя в Тоби не было уже ничего живого, кроме этих проклятых глаз, неотступно следивших за ней.

Она перестала выходить из дома и все больше времени проводила у себя в спальне, взаперти. Приступы мигрени возвратились, и она ни в чем не могла найти исцеления.

Газеты и журналы печатали душераздирающие статьи о парализованном комике и его преданной жене, которая однажды уже вернула Тоби здоровье. Все периодические издания гадали только об одном: сможет ли Джилл повторить свой подвиг.

Доктор Каплан уверен, что больной способен прожить еще двадцать лет. А Дэвид? Нужно, необходимо найти способ бежать из этой тюрьмы.

Это началось в одно мрачное, унылое воскресенье. Все утро и весь день лил дождь, барабанил по крышам и окнам, доводя Джилл до безумия. Она как раз читала у себя в комнате, пытаясь не прислушиваться к бешеной дроби капель, но тут вошла ночная сиделка, Ингрид Джонсон, сухая, негнущаяся, в накрахмаленном халате.

– Горелка наверху не работает! – объявила она. – Я должна спуститься в кухню, приготовить обед мистеру Темплу. Не могли бы вы посидеть с ним несколько минут?

Джилл услышала неодобрительные нотки в голосе сиделки. Та явно считала неестественным и странным, что жена отказывается подходить к постели парализованного мужа.

– Хорошо, – согласилась Джилл и, отложив книгу, прошла по коридору в спальню Тоби.