Ничего не возьму с собой

Но мерзкое видео, пусть по сути передача правильная и нужная, в котором отвратительная лгунья Габриэлла поливает Никиту грязью, сводит на нет все Анины усилия. Никита молчит как каменный. И скоро уже конец рабочего дня, и если он ничего не скажет и не предпримет… Тогда она останется ночевать в комнате отдыха, думает Анна. И если так получится, то будет паршиво, очень-очень паршиво.

— Она лжет. — Аня покосилась на Никиту. — Неужели никто не понимает, что она лжет?

— Многие не хотят понимать. — Никита слегка оттаял.

 — Зачем делать какие-то выводы, если все на поверхности? Вот хрупкая и очень пострадавшая жена, а где-то там вполне себе крупный самец, который только маскировался под порядочного человека, а сам-то…

— А вот Виктор не поверил. Ну, полицейский. — Аня взяла Никиту за руку. — И многие не поверили. Особенно те, кто знает тебя.

Никита вздохнул — его столичные друзья тоже знали его много лет, с некоторыми он был знаком еще с института, да и коллеги, и начальство — он ведь много времени проработал в той компании.

И чем ему это помогло? Все они просто вычеркнули его из списка живых, никто и слушать не стал. Впрочем, Никита особо и не оправдывался. В нем всегда жила уверенность, что истина побеждает в любом случае, даже через годы. Но, конечно, было бы лучше, если бы она победила уже сейчас, потому что невозможно жить как на пороховой бочке, не зная, чего ожидать в каждую следующую минуту.

— Давай сначала к матери заедем, а потом уж домой.

Аня вспыхнула и кивнула.

Это было то, чего она ждала, — Никита должен был сам сказать. Позвать ее в свою жизнь, сделать по собственной инициативе что-то, что определило бы ее дальнейшие действия. И если бы он сейчас промолчал, то они просто бы вышли из кабинета и разошлись в разные стороны. Но он сказал, и Аня была рада.

— Подожди меня тут. Я пойду куртку и сумку свою заберу из шкафчика.

Никита кивнул — он уже включил рыбкам режим заката, и подождать Аню в кабинете казалось ему хорошей идеей.

Когда за ней закрылась дверь, он с шумом выдохнул. Знала бы Аня, чего стоили ему эта фраза и этот будничный тон. Он целый день обдумывал, как сделать так, чтобы Аня Лепехина сегодня снова уехала с ним. Одно дело, когда она не смогла бросить его, пока была полиция, больница, а потом нужно было ехать на похороны Игоря и к матери с передачкой, а потом, по доброте душевной, она осталась и жарила ему оладьи, сварила суп, а утром они вместе приехали на работу.