Няня из Чайноботтам

Голос подал один из Сироток, коротко стриженый мальчишка в очках с толстыми выпуклыми стеклами. Из-за очков и широких, чуть вывернутых губ он напоминал лягушку.

– Я же говорил, Лис: наших забрал монстр! – Он ткнул рукой в рисунки на стене вагона. – Человек-блоха! Он живет на вокзале, я сам его видел!

Винки потрясенно глянул на Лиса, но тот лишь раздраженно тряхнул головой.

– Никакого Человека-блохи не существует, как и Призрака с платформы «Драппгейт» или утренней зарядки у толстяка Бэнкса. Оставь эти бредни, Жабич.

– Это никакие не бредни, – прошептал Сиротка, но вожак шайки его уже не слушал и продолжал:

– Усыновление наших – это еще не всё. После того, как они пропали, началось самое подозрительное…

– Что началось? – испуганно спросил Винки.

Лис вскинул руку и вытянул указательный палец, указывая куда-то вверх. Все, не сговариваясь, задрали головы.

– Там, наверху. Флики будто пиявок обожрались. Им выдали револьверы, они бродят теперь только по-двое, повсюду колесит их фургон. Вокзальные хмыри, Бэнкс с Хоппером, куда-то подевались, а на их место у тумбы поставили двоих незнакомых фликов.

Они настороже. И как будто ищут что-то. Даже после ограбления «Ригсбергов» такого не было. Я многое повидал в Саквояжне, но это что-то новенькое. Что-то творится, Винки. Что-то по-настоящему мрачное.

Сиротки согласно закивали, а Винки сцепил задрожавшие руки.

– Что ты будешь делать?

– Мы занимаем оборону. Шушерство на время откладывается, с Площади мы теперь ни ногой. Мы устроили наблюдательные посты, следим за «старыми» – особенно за фликами.

Я подмаслил мистера Стиппли – он должен подслушать все разговоры новых фликов у тумбы на вокзале. Думал даже прицепить хвост к Шноррингу, но это слишком опасно. Площадь большая Винки, и мне не хватает глаз и ушей на всех постах. Поэтому я и позвал тебя. А еще потому, что не хотелось бы, чтобы и тебя усыновили, пока мы тут заняты и некому за тобой присматривать.

– Ты думаешь, меня тоже… – Винки запнулся. – Тоже усыновят?

– Теперь нет.

Мы не позволим. – Лис повернулся к поваренку, толстячку в бурой вязаной кофте, которая была такой длинной, что напоминала платье. – Пуншик, выдай ему «шкета».

Сиротка достал из ящика короткую самодельную дубинку, обмотанную кожаным ремнем, и втиснул ее в руку Винки.

– Готовьтесь, господин Винсент Килгроув-младший, – пристально глядя на него, произнес Лис. – Хотел бы я сказать, что наконец все Сиротки собрались вместе, но не могу, потому что это не так.