Обольститель и куртизанка

Однако в этой нелепой позе он казался самым привлекательным мужчиной из всех, кого она знала. — Да.

— Ну, погоди, дай мне до тебя добраться.

— Подожди. — Она опустилась на колени перед графом и обхватила ладонями его мускулистую голень.

В это мгновение Оливия почувствовала себя женой, помогающей мужу снять сапоги. Она никогда не была замужем, слишком боялась оказаться во власти мужчины, хотя предложение ей делали многие, те, кого не заботило положение в обществе, — мужчины со своими тайнами, такие как Перри.

Господи, почему она вдруг подумала о замужестве? Неужели потому, что лорд Эрит, невзирая на репутацию распутника и повесы, кажется ей мужчиной, из которого вышел бы хороший муж?

Боже упаси! Связать свою жизнь с достойным человеком? Ни за что. Через неделю она умрет от скуки.

С внезапной решимостью Оливия потянула за сапог и сняла его. Тот не поддавался, пришлось поднатужиться. Наконец дело пошло на лад. За ним последовал другой.

Старательно избегая взгляда Эрита, Оливия неловко поднялась на ноги.

Тяжелое полотенце развернулось и соскользнуло на пол.

— О нет, — ахнула Оливия, потянувшись к полотенцу у ее ног.

Эрит проворно наклонился, схватив ее за запястье. От его пальцев исходил жар, в лицо Оливии пахнуло головокружительным ароматом сандалового дерева, тело ее отозвалось горячей волной.

Оливия дрожала, не в силах заговорить. Воздух холодил ее влажную кожу, прикосновение Эрита обжигало. «Лед и пламень», — пронеслось у нее в голове. Оливия подавила желание прикрыться дрожащими руками.

Эрит уже видел ее нагой. Рассматривал ее тело. Но этим вечером все происходило словно впервые. Оливия задыхалась, сердце ее бешено колотилось в груди.

Свободной рукой Эрит стянул и отшвырнул бриджи. При виде его наготы сердце Оливии сделало кульбит.

Огромный и сильный, лорд Эрит походил на могучее дерево. Или на божество из античных мифов. Он был великолепен — от широких прямых плеч и массивной груди, покрытой темными волосками, до длинных ног с крепкими бедрами опытного наездника.

Даже крупные ступни его, казалось, утверждают власть над землей, на которой он стоит.

Оливия с усилием сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло. Ее взгляд скользнул по плоскому животу Эрита вниз, к темной поросли волос, где вздымался его жезл.

— Я хочу тебя и не стыжусь того чувства, что ты во мне вызываешь. — Эрит замолчал, взяв Оливию за руку. Их пальцы переплелись. — Вопрос в том, что чувствуешь ты.