Да еще с памятью плохо, — понизив голос, словно нехотя пожаловался Елисей.
— С памятью? А что с ней не так? — оживился врач.
— Так не помню я ничего. Все, что до болезни было, словно корова языком слизала. Только и знаю то, что бабка рассказать успела.
— Занятно. Весьма занятно, — проворчал врач, попутно оттягивая парню веко и заглядывая в глаза.
Потом, приказав открыть рот и высунуть язык, он осмотрел ему горло и, кивнув, велел раздеваться. Аккуратно сняв с себя оружие, Елисей скинул черкеску, рубашку и остался стоять перед врачом в одних штанах.
Внимательно осмотрев кожный покров, доктор удовлетворенно кивнул и, достав из кармана деревянный стетоскоп, принялся прослушивать парню грудь.
— Что ж, молодой человек. Должен признать, что вы абсолютно здоровы, — закончив осмотр, резюмировал врач. — Думаю, вес вы скоро начнете набирать. Это последствия болезни. Как и потеря памяти. Так бывает. Например, при сильной контузии. Не торопитесь. Придет время, все вспомнится. Просто наберитесь терпения.
— Угу, а голова предмет темный и исследованию не подлежит, — усмехнулся Елисей и чуть не взвыл, мысленно обозвав себя тупым ослом.
В ответ доктор громко, от души рассмеялся, явно оценив немудрящую шутку.
— Похоже, вы, юноша, получили кое-какое образование, ежели умеете такими понятиями оперировать, — отсмеявшись, отметил он."
"— Помню, что вроде у кого-то учился, — без улыбки кивнул Елисей. — Читать, писать точно умею. А вот чего, у кого… — парень покачал головой, разведя руками.
— Понимаю, понимаю, — закивал врач. — Но, как я уже говорил, это все временно. Со временем вы сами все вспомните. Главное, не насилуйте себя. Пусть все идет само собой.
— Спасибо, доктор, — кивнул парень. — А коменданту вы что скажете?
— А что тут можно сказать? — удивился врач. — Здоровы вы, молодой человек. И бояться вас глупо. Господин штабс-капитан сказал, что вы в станице своей год после мора прожили. Так ли?
— Так, доктор.
— Мудрый поступок.
Таким образом, вы сами выдержали карантин и перестали быть носителем болезни. В общем, я считаю, что опасности в вас нет. Так и скажу.
— Благодарствую, доктор, — склонил Елисей голову.
— Не стоит, юноша. Скажу вам по секрету, комендант и сам весьма заинтересован в том, чтобы вы остались, — улыбнулся врач, лукаво прищурившись близоруким взглядом.
То, что он близорук, Елисей понял, когда увидел, как он щурится и близко наклоняется, что-то рассматривая.
