Огневица

Он успел вылететь из амбара и захлопнуть за собой дверь. Уперся обеими руками в тяжелый разбухший засов. Ноги заскользили по земле, и Даромир зарычал от натуги. Засов едва поддался, и шехх налег на него изо всех сил. Рывок – и в миг, когда дверь выгнулась и жалобно заскрипела от сотрясшего ее изнутри удара, засов встал на место.

Даромир попятился, не отводя взгляда от амбара. Несмотря на печальный облик, засов держался крепко, не выпуская огненосицу. Сияло, выло и грохотало, длинные языки пламени вырывались из окон, слепящие даже при дневном свете.

Даромир разрывался между желанием броситься внутрь и пониманием, что он не сумеет совладать с огненной ворожбой. Все, что ему оставалось – ждать.

Постепенно всплески огня становились все тише, пока не прекратились вовсе. Когда их гудение стихло, Даромир прислушался. По воленской привычке помянул морокуна и кинулся вытаскивать засов.

Внутри все было черным-черно из-за пламени, опалившего амбар. Густой удушливый дым висел под крышей, и разглядеть в нем что-либо было невозможно.

Шехх припомнил, в какой стороне он оставил Итриду, и шагнул было туда. Но она сама встала перед ним – чумазая, вся в саже, с обычными глазами и посеревшим усталым лицом. Вот только огонь, вырвавшись из ее тела, не пожелал униматься и теперь жадно пожирал уцелевшие перекрытия и окружал людей, протягивая к ним когтистые лапы. Даромир подхватил покачнувшуюся девушку и вытащил ее на улицу.

Они отбежали шагов на сорок и рухнули в пшеницу.

Итрида лежала ничком, тяжело дыша. Даромир сидел, подогнув колени и зажав в зубах сорванный колосок. На его глазах здание рассыпалось, давно позаброшенное и теперь окончательно умершее. Что ж, у него получился достойный погребальный костер.

Итрида перевернулась на спину и приподнялась, опираясь на локти.

– Бояна помогала тебе совладать с огнем, верно?

Итрида помолчала, не спеша с ответом. Потом все же кивнула и прокашлялась. А затем тихо сказала:

– Я всегда выбирала одиночество.

И Бояну тащить с собой не собиралась. Но когда она впервые мне помогла, я поняла, что не смогу ее отпустить. Мне повезло, что и она не хотела уходить. Хотя я до сих пор знать не знаю, почему.

Даромир повернул голову и долго рассматривал уставшую Итриду, не отводящую взгляда от амбара.

– Я бы на ее месте тоже никуда не ушел, – наконец тихо сказал он.

– Что? – не расслышала Итрида. Даромир не стал повторять.