Окаянные девяностые

Тот отлетел в угол, а когда пришел в себя только и смог, что сказать:

— Ты чо, Крест, с катушек слетел?

— Не, комедию разыгрываю, — буркнул он и гаркнул на Рэмбо: — А ты чо разлегся? Вставай, шевели копытами!

Прошло несколько часов после отъезда в город Гасана и Харламова, как Крест снова поднял на ноги «бригадиров» и «торпед». Произошло невероятное. Рэмбо, который, казалось, уже не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, оглушил Веретено и ухитрился сбежать от охраны. Его поиски на кирпичном заводе и в окрестностях велись до позднего вечера, но не дали результата.

Сам он, отсидевшись в развалинах бывшей колхозной фермы, с наступлением темноты вышел к дороге, на попутной машине доехал до города, окольными путями пробрался к квартире школьного приятеля и ночь провел у него. Утром вызвал такси и поехал к офису «Урал-Грейта», прежде чем войти, осмотрелся. В глаза бросилась суета на стоянке, усиленная охрана на входе и на его душе стало совсем тоскливо, но отступать было некуда.

— Ну, чо вылупились, давно не видели? — набросился он на нее.

— Та, нет… Так тебя вроде… — у начальника смены охраны не нашлось больше слов.

— Вроде, в огороде. Сова, Стрелец на месте?

— Ага… Гады, чо они с тобой сделали, живого места нет! — пришел в себя начальник охраны и бросился на помощь Рэмбо.

Тот отказался и, волоча за собой правую ногу, ввалился в холл. Его вид привел в шок клиентов, они шарахнулись в стороны.

Новость о появлении Рэмбо бежала впереди него. Не успел он подняться на этаж, где располагалась служба безопасности, как ему навстречу выскочили Сова и Стрельцов.

— Рэмбо?! Живой?! Живой! — искренне радовались они его возвращению.

— А вы чо, меня уже похоронили? А еще кореша называется, — ворчал он.

— Не говори глупости! Главное, ты живой! Живой! — наперебой повторяли Сова и Стрельцов, поддерживая его под руки, провели в кабинет.

Их первая реакция — искренняя радость добавила уверенности Рэмбо. Он проковылял к креслу, открыл бутылку с минеральной водой, жадными глотками выпил до дна, в изнеможении откинулся на спинку, прикрыл глаза и настороженным взглядом постреливал из-под ресниц на Сову и Стрельцова. Они шуршали бумагами, хлопали дверцей холодильника и накрывали на стол.